– Ну, чего ждем? – Евгений за пару минут перешел реку обратно и довольно улыбался. – Не знаю, как вы, а я хочу поскорее позавтракать! Зоя, идешь?
Зоя надела рюкзак, так же закатала штаны и, взявшись за веревку, ступила в воду. Камни сразу подались вперед, будто увлекали ее вниз по эскалатору. Крепко держась за веревку, она старалась не спешить. И наконец, дойдя до берега, победно вскинула руку.
Следом пошел Рэм, затем Борис, Света и Нина. Все перебрались без приключений. Зоя, не отдавая себе отчета, ждала, когда пойдет Виктор, и нервничала. Те, кто уже перешел, растянулись ниткой по тонкой косе в пару метров.
Бард долго надевал рюкзак, затем гитару. Снимал гитару, понимая, что она может намокнуть, пытался приладить так, чтобы инструмент не коснулся воды. С того берега не было слышно разговора, но читалось по лицам: Евгений торопил, Виктор оттягивал переход. Вот Виктор замахал руками, видимо, закричал на Женю. Сбросил рюкзак, вот, мол, сам неси, а не давай советы. Повесил гитару через плечо, взял зачем-то в левую руку общий термос и пошел в воду.
Зоя, как и все в группе, догадывалась, что будет дальше. Так и произошло. На середине реки, неудачно перехватив веревку, Виктор выпустил из рук термос. Дернулся, повис на веревке и оборвал ее в месте связки. Застыл, согнувшись, и окунул гитару в воду. Так и стоял, боясь пошевелиться, пока Евгений, наскоро отвязав обрывок веревки от березы, не подошел к нему. Евгений наклонился, перехватил руки Виктора и положил себе на плечи, свои руки – на его плечи и так, в связке, перевел барда на отмель.
Второй поток переходили в другой очередности – сначала Евгений, за ним – Виктор, потом Зоя. Евгений стоял в воде и был готов направлять того, кто шел.
Виктор, только перейдя, уселся на песок и принялся сушить гитару. Он не проявлял ни малейшего раскаяния за то, что утопил двухлитровый термос. Без него группе придется чаще подходить к реке, терять время.
– Ты, придурок! Из-за тебя нам дольше выбираться отсюда! – Рэм подошел к барду и пнул его рюкзак, лежащий рядом. – Кто вообще ему доверил термос?
Бывший руководитель обвел всех взглядом, который будто говорил: будь я главным, таких проблем не было бы.
– Ну а что лучше было доверить? Палатку? Котелки? – Евгений примирительно улыбнулся и поднял руки. – Давайте без конфликтов. Сейчас и так все на взводе.
Зоя собирала хворост для костра. Самое время готовить завтрак.
– Ну что ж, поздравляю! Кажется, мы прошли самые сложные участки пути: тот, что близко от Толбачика, и эту реку. Дальше будет проще. – Евгений решил приободрить группу. Судя по молчанию, ему это не удалось.
Запах серы и тухлых яиц все еще висел в воздухе. Вокруг них сомкнулась густая безлюдная тайга. Земля ходила под ногами, путала мысли и ощущения, держала в постоянном напряжении.
Рэм был единственный, кто не нервничал при землетрясениях. Для него, жителя Камчатки, к тому же работающего с сейсмографами, они не были чем-то из ряда вон. Когда землю трясло во время движения, только он продолжал шагать. Остальные замирали. Зоя каждый раз на несколько секунд терялась. Головой она понимала, что эпицентр глубоко, и все же каждый раз казалось, что почва готова разверзнуться прямо под ногами. А еще ее не покидало чувство, что они и правда в чем-то провинились и у земли есть полное право их поглотить.
Нина старалась незаметно перекреститься. Глупо, конечно. В первый раз Зоя хотела ее одернуть, но сдержалась. Пусть, если это ее успокаивает.
Семеро походников сидели у костра, сушили обувь и носки. Зоя и Нина изучили оставшиеся запасы, общее настроение заметно упало. Оставалось полпачки чая, половина пакета перловки, четыре бульонных кубика и несколько сушек.
– Нам еще идти чуть больше ста километров. По этой дороге мы их дня за полтора пройдем, а, товарищи? – Зоя пыталась найти решение задачи, в которой группе из семи человек нужно дойти из пункта А в пункт Б почти без запасов еды.
– Зой, глянь на карту. Дорога идет далеко от реки. У нас остался один термос и наши маленькие фляги. Мы не сможем дойти за полтора дня, нам придется как минимум дважды в день сворачивать к реке за водой. Придется менять маршрут.
– Жек, грунтовка километров через сорок опять ведет к реке, нам кровь из носа надо дойти туда, и хорошо бы чуть дальше. У реки как раз решим, будем идти по ней или вдоль берега. Потому что дальше, километров девяносто, дорога идет между двумя руслами, которые мы переходили, и до каждого будет километра три.
– Понятно, Борь, понятно. Тогда в реке пробуем ловить рыбу. Остальные ставят палатки, разводят костер, а мы с тобой рыбачим.
