Подошла ближе, присела на корточки и нерешительно притронулась к деревяшке. Видимо, это вход в какое-то подвальное помещение под зданием для допросов. В углу я увидела замочную скважину, но всё же дёрнула на всякий случай ручку. К моему большому удивлению, люк поддался и сдвинулся чуть в сторону. Почему он оказался открыт? Стоит ли мне вообще туда лезть? Я вспомнила, что ребята говорили о спутниках — их можно создать, а значит, кто-то намеренно привёл меня в это место. Попахивает ловушкой! Наверное, действительно лучше не соваться сюда.
Встала, отошла на шаг. Впрочем, люк лучше закрыть, чтобы убрать улики, словно здесь никого и не было. Снова опустилась на колени и взялась за деревянную ручку. Из глубины подвала я услышала отчётливый голос:
— Помоги мне.
Кожа мгновенно покрылась мурашками, я отскочила. Голос не был мне знаком, принадлежал он, кажется, какой-то девушке. Кто такая и что там делает? Теневые держат незнакомку в подвале, неизвестно, как долго она вообще там сидит! Я медленно подползла к люку и спросила тихо:
— Эй?
— Помоги мне, пожалуйста! — повторил тоненький голосок.
Пусть я всё ещё сомневалась, но невольно вновь потянулась к ручке. Я словно была загипнотизирована этим незнакомым голосом из подвала. Руки сами отодвинули люк в сторону, полностью открыв проход. Видно лишь несколько ступенек, остальная часть лестницы исчезала в темноте, поэтому судить о глубине подземелья было нереально.
— Олеся, — мягко позвал голос, и я послушно поставила ногу на верхнюю ступеньку.
— Олеся, — ласковый голос внезапно изменился и стал гораздо ближе.
Кто, где?! Замотала головой в поисках его источника, а нога пропустила следующую ступеньку. Животный страх сдавил лёгкие. Я рухнула прямо в пустоту…
…и очнулась на чердаке в доме бабушки и дедушки.
Солнечный свет слепящим прямоугольником проходил через открытое окно и падал на матрас и деревянные доски в нескольких сантиметрах от моего лица. Зрение с лёгкостью выхватывало танцующие пылинки. Странно. Неужели оно восстановилось и надежда есть? Я глубоко вздохнула, и пылинки завертелись быстрее.
— Леся.
Подняла голову и заметила наконец Василису. Перед глазами мгновенно помутнело. Нет, к сожалению, зрение всё такое же отвратительное, секунды долгожданной чёткости закончились. Девочка сидела, осторожно перебирая мои волосы своими пальчиками. Это её голос в моём сне слился с голосом той незнакомки в подвале.
До чего же странные вещи мне снились. Причём вторая часть сна, про деревню теневых разительно отличалась от первой. Она как будто была по-настоящему реальной, хоть и лишённой каких-либо фоновых звуков и движений. Я бегло прокрутила основные детали сна в голове, чтобы не забыть его через пару мгновений, как это обычно бывает.
Кто-то заботливо принёс на чердак матрас, подушку и одеяло. Я настолько крепко спала, что не заметила, когда это произошло.
— Там за тобой пришли, — сообщила Вася.
Кажется, она уже оправилась от вчерашнего вечера. Во всяком случае, выглядела девочка довольно обычно.
— Кто? — я привстала на локтях, прислушиваясь к ощущениям.
В ушах гулко пульсировала кровь, всё тело ныло и явно было густо усеяно синяками и ссадинами. Огляделась по сторонам и отметила, что зрение чуть лучше фокусируется на объектах в движении, чем на чём-то неподвижном. Например, волосы Василисы, раздуваемые ветром из окна, приковывали к себе взгляд гораздо легче, чем её немного удивлённое и замершее лицо.
— Мама Лёши, — произнесли губы девочки, и я тут же невольно сфокусировалась на них.
Значит, действительно имеет смысл зависать в одной позе перед крикером, как делают это местные. На фоне расплывчатых пятен что-то движущееся распознаётся достаточно легко.
Я стала ещё на шаг ближе к тому, чтобы окончательно
Погружённая в совершенно не весёлые мысли, я не сразу вслушалась в смысл слов сестры. Чего?
— Мама Лёши? Шелтона? — переспросила я.
Голос мой прозвучал как-то криво и с треском, словно ворона на улице закричала. Я поспешно прокашлялась. Не хватало ещё собственного голоса лишиться!
Василиса в ответ пожала плечами и легко вскочила. Каждое её движение словно откладывалось в новом, третьем полушарии моего мозга. Глаза не выдерживали непривычной нагрузки. Чтобы дать им отдохнуть хоть немного, я опустила голову, приглаживая пальцами волосы, словно просто поправляю причёску, а сама крепко зажмурилась.
Нужно остаться в одиночестве, чтобы убедиться, что не исчезла какая-то слишком заметная часть тела.
