Я написалъ теб уже не одно письмецо, и не знаю, когда они до тебя мало-по-малу дойдутъ. Я прозвалъ перенумеровать листки и лишь теперь съ этого начинаю. Ты опять узнаешь, что я себя чувствую хорошо, и что я люблю тебя отъ всего сердца. Если бы ты была сейчасъ со мною! Здсь повсюду огромныя, широкія кровати, и теб не пришлось бы стовать, какъ иногда случается дома. Ахъ, дорогая! Нтъ ничего лучше, какъ быть вмст! Мы будемъ вчно твердить это другъ другу, когда снова будемъ вмст. Подумай! Мы такъ близко къ Шампани, но не можемъ достать ни одного стакана вина. Во Фрауэнплан будетъ лучше, когда моя дорогая крошка будетъ завдывать кухнею и погребомъ.
Будь хорошей хозяйкой и приготовь мн уютное жилище. Ухаживай за мальчикомъ и люби меня.
Люби меня! Ибо порою мысленно я бываю ревнивъ и представляю себ, что теб можетъ больше понравиться кто-нибудь другой, такъ какъ я нахожу многихъ мужчинъ красиве и пріятне меня. Но ты не должна этого видть, а должна считать лучшимъ меня, потому что я тебя ужасно люблю, и, кром тебя, мн никто не нравится. Я часто вижу тебя во сн, вижу разную путаницу, но всегда вижу, что мы любимъ другъ друга. Пусть такъ это и останется.
Моей матери я заказалъ дв перины и подушки изъ перьевъ, и еще много хорошихъ вещей. Сдлай такъ, чтобы домикъ нашъ былъ въ порядк, остальное будетъ устроено. Въ Париж будетъ всякая всячина, во Франкфурт есть еще разная мелочь. Сегодня отослана корзинка съ ликеромъ и тючекъ бисквитовъ. Буду постоянно присылать что-нибудь въ хозяйство. Только люби меня и будь врною крошкой, остальное приложится. Пока у меня не было твоего сердца, на что мн было все остальное? Теперь, когда оно принадлежитъ мн, я хочу удержать его. Зато и я – твой. Поцлуй малютку, поклонись г. Мейеру и люби меня.
Беттина фонъ АРНИМЪ (1785—1859), нмецкая писательница, восторженная поклонница Гёте, пробралась въ 1807 г., переодтая въ мужское платье, въ Веймаръ, чтобы увидть Гёте, о которомъ много слышала въ дтств. Романъ свой съ Гёте она описала въ произведеніи: «Переписка Гёте съ ребенкомъ». Въ 1811 г. Беттина вышла замужъ за Арнима.
Другъ, я одна; все спитъ, а мн мшаетъ спать то, что я только что была съ тобою. Гёте, быть можетъ, то было величайшимъ событіемъ моей жизни; быть можетъ, то былъ самый полный, самый счастливый мигъ; лучшихъ дней у меня не будетъ, я ихъ не приняла бы.
То былъ послдній поцлуй, съ которымъ я должна была уйти, а, между тмъ, я думала, что должна слушать тебя вчно; когда я прозжала по аллеямъ и подъ деревьями, въ тни которыхъ мы вмст гуляли, то мн казалось, что я должна уцпиться за каждый стволъ, – но исчезли знакомыя зеленыя пространства, отступили вдаль милыя лужайки, давно исчезло и твое жилище, и голубая даль одна, казалось, хранила загадку моей жизни; наконецъ, исчезла и она, и у меня ничего не осталось, кром моего горячаго желанія, и слезы лились у меня изъ глазъ отъ этой разлуки; ахъ, въ ту пору вспомнила я все, – какъ ты въ ночные часы бродилъ со мною, какъ улыбался, когда я гадала теб по облакамъ, разсказывала про мою любовь, про мои прекрасные сны, какъ ты внималъ со мною шелесту листьевъ, колеблемыхъ ночнымъ втромъ, тишин далекой, широко раскинувшейся ночи. И ты любилъ меня, знаю; когда за руку ты велъ меня по улицамъ, я чувствовала по твоему дыханію, по звуку твоего голоса, по тому (какъ это объяснить), что меня словно обввало, – я чувствовала, что ты допускаешь меня въ твою внутреннюю, сокровенную жизнь, что въ эту минуту ты обращенъ ко мн одной, и ничего не желаешь, какъ только быть со мною; кто можетъ отнять у меня это? Что мною утрачено? Другъ,
...............................................................................
...............................................................................
Если твое воображеніе достаточно легко и гибко, чтобы слдовать за мною въ уголки развалинъ, черезъ пропасти и черезъ горы, то я отважусь ввести тебя
