— Одна из последних хеседских разработок — передатчик. Пока он может передавать только вибрации, некоторые настукивают послания буквами. Но мы не будем так заморачиваться. Когда я останусь наедине с Жасмин, и она будет готова снять барьер, я нажму на камень. И у тебя будет примерно десять минут, чтобы добраться до барьера и подготовиться
Хотела бы Астрид узнать, как именно Норберт собирается провернуть свою часть плана. Иересс Тесскрет не походила на сговорчивого человека, способного на спонтанные поступки, вряд ли она согласится снять барьер просто так. Может, он хочет напоить ее? Но потеряет ли она от этого контроль над барьером? Или он собирается… довести ее до оргазма? Астрид помнила, что в то мгновение теряла ощущение реальности. Возможно, это сработает и с иересс Тесскрет?
В любом случае, Норберт дал понять, что не намерен обсуждать способы, которыми выполнит свою часть плана. И это немного напрягало Астрид, которая полностью зависела от его успеха в соблазнении преподавательницы. Почему-то она была уверена, что это именно тот способ, который он выбрал.
Но выхода у нее не было — она уже решила довериться ему, так что придется идти до конца. Нужно было бы приготовить другой план на случай провала этого, но… Астрид была готова молиться Бету, Айну, да хоть самим Алефу и Мему одновременно, лишь бы этот план сработал. А для этого нужно было еще и довериться самому странному и тихому однокурснику, который умудрялся хранить не только свои тайны, но и ее.
Странно, но сейчас, сидя накануне Вознесенского бала в темном углу библиотеки вместе с Норбертом, Астрид чувствовала себя спокойно. Находясь рядом с человеком, посвященным в план ее побега, она чувствовала себя увереннее, нежели рядом с Мартином, около которого начинала ужасно нервничать.
Мартин видел ее беспокойство, повышенную тревожность и появившуюся суетливость, но списывал это на волнение перед балом. Все-таки она шла в паре с ним, пусть и вся академия знала, что она обручена с Лектором Уэлсом. И появиться на балу с братом, а не с женихом было вызовом, на который не каждая бы осмелилась. Но никто из ее друзей не сомневался в ее решении: Алан и ДиМари, Бригитта и Лилиана — все они вставали на сторону Астрид в этой истории, зная лишь, что Уэлс был не ее выбором, а ее отца.
Когда они с Норбертом обсудили детали плана, между ними повисла неловкая тишина. Никто из них не спешил уходить, но и разговаривать, вроде как, было не о чем. Раньше они не пересекались и не общались, не считая того случая ночью. И сразу же у Астрид всплыло воспоминание о том, как Норберт на их с Мартином дне рождении оттащил ее от толпы и защитил. Искоса она взглянула на Норберта, который сосредоточенно ковырял что-то в своем браслете. Он случайно задел камень, и браслет Астрид завибрировал, заставив ее вздрогнуть от неожиданности.
— Прости, — буркнул он под нос, скосив на нее взгляд.
Великодушно махнув рукой, она подперла ей щеку, на сей раз без стеснения разглядывая Норберта. Что в нем могло зацепить иересс Тесскрет? Помнится, они с Аланом обсуждали, что у той могли быть отношения со Сверриром. Почему же ее выбор пал на тихого и не отсвечивающего Норберта? Сотни сюжетов любовных романов перекручивались в ее голове. Нет, ей и раньше приходилось читать о любви ученицы и учителя, студента и преподавательницы. Но впервые она сталкивалась с этим в жизни. И любопытство развязывало язык. Ей приходилось усилием держать его за зубами, чтобы не показаться бестактной.
Норберт отзеркалил ее положение и тоже подпер ладонью щеку, уставившись на нее.
— Бал уже завтра,
— Что значит «кусьенда»? — не выдержала, наконец, Астрид.
Ей не нравилось, с каким снисхождением Норберт говорил с ней, словно она была непутевой младшей сестрой, которой он помогал затеять несущественную проказу. Но при этом его взгляд не был насмешливым или унижающим, скорее любопытным и чуть более теплым, чем раньше. В ответ на ее вопрос, Норберт только шире улыбнулся, отчего на его щеках пролегли очаровательные ямочки. Решив обязательно уточнить этот момент у Эльвы, Астрид выпрямилась и задала еще один мучающий ее вопрос.
— Почему ты все-таки помогаешь мне, Норберт? Не верю что просто потому, что тебе скучно.
— А зря. Потому это правда.
Тяжело вздохнув и поняв, что другого ответа она не добьется, Астрид поднялась из-за стола.
— Как бы там ни было, я действительно очень благодарна тебе. Ты даже представить не можешь, насколько это важно для меня.
Когда она проходила мимо, Норберт вдруг задержал ее за рукав пиджака. Это была одна из его фишек — каждый раз, касаясь ее, он делал это только через одежду. Словно памятуя о своих способностях и о том, как к ним настороженно относятся другие, Норберт сам показывал, что не собирается узнавать ее тайны. И Астрид была благодарна за это тоже.
