Когда он повернулся к ней, Астрид вдруг осознала, что даже сидя на стуле этот парень доставал макушкой до ее подбородка. Бет Всемогущий, какой же он высокий! Но лицо Норберта, до этого улыбающегося, теперь стало серьезным.
— Это же не из-за Мартина?
Астрид удивленно моргнула, не понимая, что он имеет в виду.
— Твой побег. Мартин сделал что-то плохое? Он обидел тебя?
Она яростно замотала головой, отчего ее локоны рассыпались по плечам.
— Нет, он тут не при чем.
— Тогда почему ты бежишь одна? Вы могли бы сбежать вместе.
Последнее слово больно резануло по сердцу. Астрид думала об этом много раз. Они могли бы сбежать с Мартином и жить как обычная пара. Но ей даже не хватило смелости рассказать ему правду. Да и разве Мартин захотел бы все бросить? Ему полагается стать наследником после совершеннолетия. Он унаследует дело отца. Его ждет весьма определенное будущее богатого наследника. А что кроме любви могла предложить ему Астрид? Вечное преследование, жизнь в другой стране, где придется создавать все заново? Ей придется научиться жить как обычные люди — без слуг и особняка, без денег и определенности. Она бы не хотела такого будущего и для Мартина тоже. Порознь им будет лучше.
— Мне бы хотелось перестать быть «одной из близнецов» и попробовать жить самой.
Только когда до Астрид дошло, что она ляпнула абсолютную правду, разве что четырехмесячной давности, ее вдруг осенило. И правда. Она же всегда хотела перестать быть «одной из близнецов». Стук сердца отозвался гулом где-то в ушах от осознания этого. Проклятая Каф просто посмеялась над ней! Теперь ведь ее желание исполнилось — Астрид больше не была одной из близнецов. Так отчего же так горько и больно душе?
Почувствовав, что Норберт ее больше не держит, Астрид скомкано попрощалась и бросилась к выходу, надеясь, что он не заметит подступившие слезы.
***
— Чего тебе, Мартин? — прошипела Астрид, втягивая брата в комнату и поспешно закрывая дверь.
До бала оставалось всего три часа, и в женском общежитии стоял шум и гвалт. Двери комнат были распахнуты, студентки сновали туда-сюда в одних халатах, чтобы одолжить в одной комнате раскаленные щипцы, в другой — помаду, а в третьей помочь затянуть подруге корсет. Не удивительно, что в такой суете Мартин умудрился проскользнуть к ней незамеченным.
— Тебе повезло, что Лаура уже убежала помогать ДиМари, — Астрид продолжала ворчать, опускаясь на пуфик у зеркала.
У нее никак не получалось собрать волосы в красивую прическу наверху, и из-за этого она нервничала даже сильнее, чем из-за предстоящего побега. По крайней мере, Мартин должен был думать так. Поймав в отражении его восхищенный взгляд, Астрид смущенно отвернулась, ища в ящике заколки. Стоило признать, макияж ей удался на славу — огромные непривычно черные стрелки, какие обычно рисовала себе Айя, делали ее кукольные глаза более заостренными и кошачьими. Красная помада, которую ей одолжила Лине, подходила как нельзя лучше, визуально делая Астрид чуть старше и чуть элегантнее, чем она выглядела обычно.
Правда, Астрид все еще была в легкой ночной рубашке и накинутом поверх халате. Ей бы не хотелось перепачкать платье тонной мусса и геля для волос, которыми она пыталась уложить волосы хоть в какое-то подобие элегантной прически. А царящая в общежитии суета ничуть не помогала, она лишь начинала нервничать еще больше. Дрожащими руками разворошив прическу и освободив волосы, Астрид тяжело вздохнула и уронила голову на раскрытые ладони. Разве может все пройти идеально сегодня?
Мартин ласково отвел ее волосы в сторону и оставил нежный поцелуй на шее, тут же породивший табун мурашек. Все ее чувства сегодня были обострены до предела. Внезапным осознанием вдруг Астрид пронзила мысль, что сегодняшний вечер — последний, который она проведет с Мартином. Она резко обернулась и уставилась на него, занервничавшего от ее внимательного взгляда.
Он уже был готов к балу — классический белый фрак расшит золотыми нитями (Алан постарался), светлые брюки заправлены в высокие сапоги с позолотой. Волосы были художественно растрепанны в подобие прически, а на стуле за ним виднелась белая шляпа — одна из самых ценных в его коллекции. Астрид жадно вбирала взглядом каждую деталь: едва видимую родинку под правым глазом, подрагивающие светлые ресницы, потемневшие в полумраке голубые глаза, прямой раздражающе правильный нос, резко очерченные скулы, тонкие искусанные губы.
— Ты чего? — нервно переминался Мартин с ноги на ногу. — Я что, так плохо выгляжу?
Резко поднявшись, она притянула его уверенным движением за шею, целуя. Слегка опешивший сначала от этого, Мартин усмехнулся ей в губы и обхватил ее за талию, не позволяя выскользнуть. Но она и не хотела. Внутри что-то обрывалось каждый раз, когда она прикасалась к нему, но Астрид не могла остановиться, жадно целуя его вновь и вновь, задыхаясь. Удивленный ее напором, Мартин отстранился, давая им перевести дыхание.
— Так значит, выгляжу я хорошо?
— Заткнись и поцелуй меня.
