– Эй, малыш! – Никки надела защитные рукавицы; несмотря на то что Гэтсби ее знал, страх мог сделать его агрессивным. – Что же ты натворил? Все хорошо. Мы пришли за тобой.
На первый взгляд крови не было. Видимых ранений тоже. Но пес дрожал всем телом. Возможно, от шока и стресса. Впрочем, Никки знала, что могут быть внутренние травмы, но в таком случае оценить состояние животного мог только ветеринар. Необходимо было как можно скорее отвезти пса в ветеринарную клинику. Чтобы успокоить Гэтсби, Никки угостила его вкусняшками, лежавшими у нее в кармане, а Дэн тем временем прикрепил весла к санитарной сумке, соорудив импровизированные носилки. Гэтсби ткнулся мордой в руку Никки, шептавшей ему слова утешения. Интересно, где сейчас Адам? Ему наверняка пришлось вернуться домой по прибрежной тропе, чтобы позвонить в экстренные службы, так как здесь не было сигнала. Никки это точно знала.
– Все хорошо, малыш. Я тебя нашла, – прошептала Никки.
С большим трудом они с Дэном поместили Гэтсби в санитарную сумку, после чего перелезли через скалы и благополучно перенесли пса в шлюпку.
– Хорошая работа! – похвалил их Эдди. – Давайте отвезем его к ветеринару.
С этими словами он развернул шлюпку и направился в сторону спасательной станции.
Никки понятия не имела, был ли Адам в курсе, что Гэтсби удалось спасти. Впрочем, они по рации сообщат об исходе операции береговой охране, а те в свою очередь передадут информацию Адаму, с тем чтобы он поспешил на спасательную станцию. Пока они плыли обратно, Никки всячески успокаивала Гэтсби. Глядя в его испуганные глаза, она гладила пса по жесткой шерсти, а разгулявшийся морской ветер трепал его усы, брови и уши. Никки чувствовала, что весь экипаж шлюпки вздохнул с облегчением. Все они любили, когда спасательная операция заканчивалась благополучно, даже если речь шла о собаке. Тем более если речь шла о собаке.
Возле спасательной станции стоял ветеринарный фургон, готовый отвезти пса в клинику, где, вероятно, уже ждал Адам. Экипаж вернулся в помещение станции для разбора полетов, после которого Никки сняла тяжелое снаряжение и, дрожа от усталости и нервного напряжения, снова натянула пижаму. Сейчас единственное, чего ей хотелось, – это лечь в кровать. Она еще могла урвать час-другой сна. Днем у нее была назначена встреча с технической командой на ферме «Виндкаттер». Электричество, освещение, звук. Самая неприятная часть работы, поскольку здесь всегда возникали непредвиденные проблемы, и Никки требовалась вся ее энергия.
Никки попрощалась с товарищами и направилась к своему минивэну. Адаму наверняка сообщили, что собака в хороших руках, и он, скорее всего, уже в ветеринарной клинике. Вернувшись домой, Никки приготовила себе горячий чай с молоком, поднялась в спальню, забралась под пуховое одеяло и мгновенно заснула, даже не выпив чая.
Спустя какое-то время Никки разбудил стук во входную дверь. Вероятно, Адам пришел сообщить последние новости о Гэтсби, и она, несмотря на смертельную усталость, не могла не открыть дверь. Никки вылезла из кровати и спустилась в прихожую.
На пороге действительно стоял Адам. Вид у него был бледный.
– С Гэтсби все будет хорошо, – сказал он. – Они пока оставили его под наблюдением в клинике. Но он будет в порядке. Даже и не знаю, как вас благодарить. Мне сказали на спасательной станции, что его спасли вы.
– Мы с Дэном. Командная работа. Я очень рада, что Гэтсби в порядке.
С этими словами Никки обняла Адама, что в данной ситуации было вполне естественным. Адам довольно долго не разжимал объятий, не в силах справиться с наплывом чувств.
– Если бы я потерял его, то даже не представляю, как бы смог это пережить, – уткнувшись в плечо Никки, произнес Адам. – Конечно, нужно было держать его на поводке, но я не ожидал, что он подбежит к самому краю. Все дело в треклятом кролике. Гэтсби вечно за ними гоняется. Еще минуту назад пес был здесь – и вот он уже полетел вниз.
– Все хорошо, – повторила Никки, не зная, что еще можно сказать.
Наконец Адам собрался с силами и, отпустив ее, произнес:
– Позвольте в знак благодарности хотя бы приготовить вам завтрак.
Перспектива позавтракать с Адамом была настолько соблазнительной, что Никки не смогла устоять. Он по-прежнему был одет для прогулки: в светло-серый облегающий свитер из мериносовой шерсти и вылинявшие джинсы. Запах его одеколона, который она снова уловила во время объятия, внезапно разбудил дремлющие где-то глубоко чувства.
– Французский тост? – предложил Адам. – Свежевыжатый апельсиновый сок. И кофе.
Никки не смогла сказать «нет».
– Вы дадите мне десять минут? – спросила она.
– Приходите, когда будете готовы, – кивнул он.
Когда Никки, приняв душ, почистив зубы, наложив на лицо увлажняющий крем и одевшись, появилась на кухне у Адама, ее обволокло запахом ванили, корицы и жареного бекона, смешанным с ароматом стоявшего на плите свежесваренного кофе. Внезапно она поняла, что умирает с голоду.
Никки села на табурет возле кухонного острова, и Адам принес тарелку c самым пышным французским тостом из всех, что она когда-либо видела.
