– Джесс ведь моя сестра. И я готова сделать для нее все, что в моих силах, – наконец сказала она.
Покинув кухню, Никки направилась в свою комнату. Ей осталось лишь проследить за тем, чтобы все прибыли в церковь вовремя. Оказавшись в спальне, она поспешно разделась, провела под мышками роликовым дезодорантом, брызнула на себя духами и достала из шкафа платье подружки невесты. Платье-футляр без бретелек из бледно-зеленого атласа было совершенно не в ее стиле, но Джесс остановила на нем свой выбор, и в результате Никки даже понравился этот утонченный гламур.
Никки надела платье, но, поняв, что не сможет самостоятельно застегнуть молнию на спине, открыла дверь, чтобы позвать на помощь маму, и нос к носу столкнулась с Риком.
– Господи! – смутился он. – Я вовсе не стоял у тебя под дверью. Я собирался постучать.
– Ох!
– Я лишь хотел зайти, чтобы тебя поблагодарить. За все, что ты сегодня для нас сделала. Без твоей помощи Джесс никогда не справилась бы.
– Ну что ты! Было даже прикольно, – смутилась Никки.
В белом льняном костюме, в рубашке, сшитой из того же шелка, что и платье Джесс, Рик выглядел умопомрачительно; он даже причесался как-то по-другому, и теперь его взъерошенные волосы казались еще более кудрявыми и золотистыми.
Интересно, будет ли удобно попросить Рика застегнуть молнию? Придерживая верх платья, чтобы оно не упало на пол, Никки завороженно смотрела на Рика.
– Мне казалось, ты сейчас должен быть в отеле.
– Твой папа пригласил меня пропустить по стаканчику. Чтобы я мог снять нервное напряжение.
– Только по чуть-чуть.
Никки надеялась, что после ее ухода из бунгало Джесс не стала открывать новую бутылку просекко. Никки разрешила всем выпить лишь по одному коктейлю «Бакс физз», но смутно подозревала, что, как только она закроет за собой дверь, будет открыта очередная бутылка. Джесс и ее подруги были неудержимы.
– Не волнуйся. Я собираюсь выпить потом. Полагаю, для твоего отца это единственная возможность дать мне напутствие и попросить присмотреть за его старшей дочерью. – На лице Рика появилось странное выражение.
Что-то в тоне его голоса насторожило Никки.
– Ты в порядке?
Он сделал глубокий вдох:
– Я сомневаюсь, стоит ли мне на ней жениться.
– Боже мой! Ты серьезно?
– Мне необходимо с кем-нибудь поговорить.
– Тогда тебе лучше войти, – замявшись, предложила Никки.
Она сказала себе, что это часть ее работы как свадебного организатора. Успокоить жениха и постараться, чтобы он дошел до алтаря. Впустив Рика в комнату, она закрыла за ним дверь.
И вот он уже стоял в спальне, где сейчас царил жуткий кавардак. Незастланная кровать. Одежда на полу. И при всем при том это было сугубо личное пространство. Книги, постеры, косметика, сиди-диски. Никки казалось, будто ее выставили на всеобщее обозрение и Рик узнает о ней все, что захочет.
Впрочем, сейчас речь шла совсем другом, напомнила она себе.
– Конечно, ты нервничаешь. Новобрачные вечно паникуют перед тем, как идти к алтарю. Слишком ответственный момент. Джесс тоже волнуется, хотя никогда в этом не признается. Но как только вы встанете рядом, все будет хорошо. – Никки, по-прежнему придерживавшая платье, внезапно перехватила взгляд Рика. – У тебя что-то еще?
– Я не могу перестать думать о тебе.
Никки оцепенела. Неужели он действительно это сказал? И что ей теперь делать? Отшутиться, подумала она. Никки рассмеялась, но смех получился чересчур резким и не слишком убедительным.
– Не глупи.
– Нет, я серьезно. Я проснулся сегодня утром и сразу подумал о тебе.
– Почему? – Никки терялась в догадках, с чего вдруг он так заговорил.
– Потому что ты добрая, спокойная, милая, веселая, и… – Он тяжело сглотнул. – И мне страшно.
– Не делай этого, – ровным голосом, тихо сказала Никки. – Не сегодня. Через полчаса ты должен быть в церкви.
– Нет, не должен…
Как человек может испытывать ужас и одновременно приятное возбуждение? Страстно желать кого-то и при этом знать, что это запретный плод, хотя, казалось бы, стоит протянуть руку – и он твой? Какая кошмарная дилемма! «Соображай быстрее! – приказала себе Никки. – Прямо сейчас твоя заветная мечта может осуществиться, но у этой сказки не будет счастливого конца». И хотя после признания Рика Никки показалось, будто она погружается в сахарный сироп, у нее хватило здравого смысла понять, что она не вправе принять его предложение. Она не собиралась расстраивать свадьбу сестры. Разрушать ей жизнь. Ведь Джесс, несмотря на всю ее браваду, не выдержит подобного унижения.
И вообще, она ждет ребенка. Если бы не ребенок, тогда все могло быть иначе. Но под алым шелковым платьем уже был виден живот, в котором находилось крошечное существо, нуждавшееся в семье. В полноценной семье. Нет, пора включить голову. Нужно быть сильной, и никаких глупостей.
– То, что ты не можешь ни о ком, кроме меня, думать, отнюдь не означает, будто меня это хоть как-то интересует. – Никки надеялась, что тон ее голоса был достаточно противным.
Тем не менее она не решалась поднять на Рика глаза. Если она посмотрит на него, то сломается.
