Дело в том, что среди строителей – комсомольцев было человек двенадцать неплохих спортсменов, которые в основном выступали от нашей организации и приносили ей первые места на различных соревнованиях. Большинство из них были выходцами из нерабочих семей и гнушались работой на стройке в качестве простых рабочих. Обычно мы направляли их в бригады строителей, но они старались либо незаметно слинять, либо сделать так, чтобы от них отказались сами бригады. Обычно это им удавалось.
Вот этих-то спортсменов, не имеющих никакой специальности, мы пригласили на бюро комсомола, где я объявил, что решил взять их в свою бригаду, и посмотреть, на что они годны в настоящем деле.
Сначала их деятельность проходила с переменным успехом, но, постепенно, ребята увлеклись монтажными работами. Производить их приходилось на большой высоте, орудуя тяжеленными балками, для чего нужна была большая физическая сила и ловкость (кранов тогда не было).
Я никогда не попрекал ребят, не делал замечаний по пустякам, они же, видя, как я сам и опытные монтажники добросовестно трудятся на монтаже каркаса здания, старались от нас не отставать. А когда подошла первая получка, и спортсмены впервые в жизни получили по 90–100 рублей на руки (в то время хороший костюм стоил 60 рублей), им стало ясно, что теперь не нужно клянчить копейки на кино и ждать пока родители купят им обновку.
Положение изменилось. Нередко я стал замечать как балку, которую с трудом несли двое рабочих, такой спортсмен подхватывал один и ловко устанавливал на место. Впоследствии многие из этих ребят стали инженерами-строителями, сделавшими немало полезного для страны.
Окружком разрешил мне работать в бригаде для укрепления материального положения семьи только семь месяцев. За это время моя бригада закончила клепку и монтаж каркаса жилого дома, и мне пора было возвращаться на основную работу. Вскоре она меня затянула настолько, что о болезни некогда было и думать. Начиналось строительство Днепрогэса.
В конце 1926 года по стране разъезжал техник Александров (однофамилец академика Александрова – автора проекта Днепрогэса), демонстрируя чертежи будущей гидроэлектростанции, делая доклады об эффективности Днепрогэса и втягивая аудиторию в дискуссии, проходившие тогда между профессором Александровым и строителем Волховстроя Графтио. Графтио был против строительства Днепрогэса, считая, что вода, поднятая плотиной, будет уходить и поэтому строительство окажется неоправданным.
Слушая мнения сторон, мы, естественно, отдавали предпочтение Александрову. Его проект казался нам более смелым, грандиозным и на общих собраниях рабочих решения, как правило, выносились в поддержку строительства Днепрогэса.
В 1927 году прибыла Государственная комиссия ГОЭРЛО из Москвы, и было принято решение строить Днепрогэс. Для нас это было большим событием. Но, вместе с тем, это налагало на нас большую ответственность в части развертывания профсоюзной работы для успешного строительства Днепрогэса (впоследствии, когда строительство было развернуто полностью, был создан рабочий комитет профсоюзов Днепростроя с непосредственным подчинением ЦК профсоюзов Украины).
До сих пор не могу не выражать восхищения четкостью и талантливой организацией Днепростроя. Имея детально разработанный проект плотины, начальник строительства Винтер начал с того, что построил замечательные шоссейные и железные дороги, жилье для рабочих, столовые, мастерские, которые со спокойной совестью можно было назвать заводами. Среди них были прекрасные деревоотделочные комбинаты, заводы жидкого воздуха, мощные бетонные заводы и т. п.
На этих заводах, использующих правильно организованные технологические потоки, не было видно людей. Только после этого Винтер приступил к строительству самой плотины и электростанции.
Все самые новейшие по тому времени механизмы, имевшиеся за рубежом, были представлены на Днепрострое и с ними прекрасно справлялись наши рабочие. Душой строительства был Винтер. Это был невысокий, сухощавый человек огромной энергии и твердой воли. Он считал своей обязанностью почти ежедневно бывать на важнейших участках строительства.
У Винтера было два заместителя и один помощник: академик Веденеев – по гидротехническим сооружениям, Раттерт – по гражданскому и заводскому строительству и Михайлов по общим вопросам. Это были лучшие, талантливейшие строители нашего времени. В качестве консультантов на строительство были приглашены представители американской фирмы Куппер, с которыми наши строители соглашались не всегда.
Днепрострой был первенцем строительной индустрии республики, не имевший равных себе по грандиозности. И, тем не менее, он был завершен вместе с заводами и жильем для рабочих точно в срок, то есть за пять лет (с 1927 по 1932 год). Первоначальная стоимость строительства была определена в 225 миллионов рублей, но в дальнейшем Винтер предложил ее снизить на 15 миллионов и окончательная стоимость Днепростроя составила 210 миллионов рублей.
