Днепровская плотина принципиально отличается от современных плотин. Она не имеет арматуры, за исключением отдельных плавающих прутьев для связи забетонированной части плотины с бетонируемой. Не было также никаких специальных мостов для транспортировки бетона и устройства ряжей.
Вместо, создаваемых в настоящее время специальных мостов для запруды реки, на Днепре устанавливали с двух сторон реки клети из брусьев 24 на 24, по ним укладывались рельсы, по которым двигались опрокидывающиеся вагонетки со щебнем, осколом гранита, добывавшимся здесь же при разработке русла. Таким образом, совершенно незаметно, дешево и быстро, при небольшом количестве людей и при отсутствии машин устраивались ряжи.
Бетон замешивался ногами строителей. На такой технологии настаивали американские консультанты, так как вибраторов тогда не было. Подъемные механизмы устанавливали по мере подъема плотины. Пути для подвозки бетона также устанавливались по мере подъема плотины, для чего требовалось лишь изредка перекладывать рельсы. Практика подтвердила, что и без арматуры плотина Днепрогэса была устойчива, и незачем было вкладывать в нее десятки тысяч тонн металла. Устойчивость плотины обеспечивалась ее подковообразной формой. Если бы ее сделали прямой, то она оказалась бы менее устойчивой даже при наличии мощной металлической арматуры.
Днепрогэс строила вся страна. Особая роль в этом грандиозном строительстве принадлежала молодежи, комсомольцам. Всего на строительстве работало 55 тысяч человек. Американцы впервые принимали серьезное участие в советской стройке. Многого они не понимали, энтузиазм людей, от рабочего до крупнейших специалистов, их явно удивлял и, в то же время, внушал уважение. Из сообщений печати я знаю, что уже после Отечественной войны бывший представитель фирмы Куппера на Днепрострое – Томпсон высказывал глубокое восхищение нашими строителями.
Одним из острых вопросов на Днепрострое был вопрос зарплаты. Появилось много новых работ, которые до той поры не встречались в строительстве, нужны были новые нормы. Для решения этих вопросов окружной комитет создал на Днепрострое общестроительную расценочно-конфликтную комиссию (РКК) и направил меня на строительство в качестве ее члена.
Комиссия состояла из представителя администрации и рабочих. В функции члена комиссии входило: разработка и проверка норм и расценок, их утверждение, разбор конфликтов и т. п. Заседания РКК проходили в присутствии рабочих и служащих. В дни, когда заседала РКК, многие рабочие, свободные от смены, приходили послушать наши споры и принимали участие в разрабатываемых решениях.
Проработать до конца Днепростроя мне не пришлось. Окружной комитет партии выдвинул меня на работу в качестве управляющего запорожским трестом по добыче и обработке гранита. Было мне тогда 28 лет, и это была моя первая самостоятельная хозяйственная работа, если не считать задания СТО по восстановлению котлохозяйства в Донбассе в 1921 году.
До меня здесь работал пожилой человек с большим, еще дореволюционным, опытом по фамилии Фукс. При нем разработка карьеров сводилась в основном к изготовлению бордюрных камней, щебенки, бута и других мелких изделий, вплоть до индивидуальных памятников. Рабочие были из окрестных сел и деревень: – Янцево, Мокрая, Натальевка, Кичкас и др. Нужно сказать, что среди них имелись весьма одаренные специалисты, способные создавать высокохудожественные произведения, хотя считались простыми каменотесами.
Залежи гранита в районе Днепра были огромными, причем если в Натальевке и Янцеве гранит залегал огромными плитами, позволявшими вырубать целые глыбы, то в Кичкасе залежи гранита были косослойными, что делало его пригодным для строительных работ в качестве бута и щебня. По цвету – это очень красивый светлосерый гранит с вкраплениями слюды, играющей на солнце. В Кривом Рогу гранит розовый, и это объясняется соседством железной руды. Розовый гранит тоже очень красив, особенно полированный. До революции, и уже при советской власти, этот гранит заказывали для памятников и увозили к себе на родину многие жители Франции.
Способ разработки карьеров был примитивный и соответствовал времени строительства египетских пирамид. Пробивались вручную бурки диаметром 40 мм. Если нужно было добыть специальный массив, бурки делались до глубины, соответствующей толщине изделия и располагались один за другим по прямой линии с интервалом 10–15 мм. Затем они заполнялись порохом, взрывались и раскалывались клиньями, а иногда с помощью замерзшей воды. Для добычи бута бурки делались глубиной до 3 метров и взрывались динамитом, а позднее амоналом.
