Вопреки предсказаниям американцев работы были выполнены настолько доброкачественно, что после пуска конвейера все сооружения работали без каких-либо осложнений на протяжении многих лет и вместо запроектированных 500000 кв. метров полированного стекла, выпускали вначале 750000, а затем и более миллиона кв. метров. Назначенная Правительством комиссия во главе с заместителем председателя СМ СССР, приняла все выполненные работы с оценкой "отлично".
Работая в Гусь-Хрустальном, я избирался депутатом городского Совета и членом пленума горкома КПСС.
К 1953 г. завод в Гусе-Хрустальном работал уже на полную мощность и приказом министра я был назначен управляющим трестом «Союзстеклострой» в Москве. Этот трест занимался строительством и ремонтом стекловаренных печей на стекольных заводах. Принял я его в июле 1953 г.
К этому времени трест выполнял годовую программу на 35 миллионов рублей, имея для этого 1600 рабочих. Для ремонта и строительства печей на вооружении треста были кирка, кувалда, лом и носилки. Когда предстоял ремонт печи стоимостью до 3 миллионов рублей, на этот ремонт направлялись 250–300 печников высокой квалификации, завод выделял 400–500 подсобных рабочих, изготавливал 500 штук носилок и начинались разборка и ремонт печи. Тут же производились рубка, теска и пригонка фасонного огнеупора.
На ремонт такой печи уходило 40–50 суток при работе в две смены. Никакой механизации при ремонте и сооружении печей не использовалось, и почему-то считалась, что в этом случае она неприменима. С этим я согласиться не мог, и предложил разработать типовой проект организации работ при ремонте и строительстве печей.
Такой проект, разработанный за три месяца, представлял собой солидную папку чертежей и инструкций, предусматривающих все процессы работ: – расположение материалов с предварительной их заготовкой за месяц до остановки печи, механизацию всех процессов от складирования материалов до укладки огнеупоров в печь.
Для заготовки огнеупоров было предложено использование пневматики и много другого. Но так как в действительности таких механизмов не было, мы сократили 20 сотрудников треста и создали вместо них конструкторский отдел, который и занялся конструированием этих механизмов. Сюда вошли уникальные транспортеры, монорельсы, подъемники, инструмент, канатная дорога и т. п.
С помощью министра все это в короткие сроки было создано на заводах министерства. Типовой проект работ был обязателен для исполнения, и никто не имел права его нарушить. Были созданы управления в Сибири, на Украине и Брянщине, во Владимире и Москве с мощными базами для ремонта и изготовления оборудования и механизмов с таким расчетом, чтобы обеспечить любой ремонт и строительство печи в кратчайшие сроки. В результате трест получил возможность сократить 400 человек рабочих, т. к. теперь на ремонт печи стоимостью до 3 миллионов рублей требовалось максимум 100 печников и 50 подсобных рабочих. При этом время ремонта с момента остановки печи заняло 10–12 суток вместо 40 суток ранее.
На всесоюзном совещании строителей в Кремле. В 1-ом ряду министр промышленности стройматериалов П. А. Юдин, рядом слева от него – П. Г. Цивлин
Если до этого трест приносил убытки до 7 миллионов рублей в год, то теперь он стал приносить прибыль до 15 миллионов рублей в год. Годовая программа увеличилась до 170 миллионов рублей. Срок службы печей, благодаря более точной пригонке огнеупоров возрос.
Тресту была поручена футеровка цементных печей. До этого срок футеровки составлял 25–30 суток. Мы добились сокращения срока до 5 суток, обеспечив при этом высокое качество работ. Следует заметить, что стекловаренная печь выпускает до 30 тысяч квадратных метров стекла в сутки, поэтому сокращение срока ремонта печи с 40 до 10–12 суток давало значительный прирост выпускаемой продукции. Цементная печь выпускает до 20 тонн клинкера в час. Сокращение срока футировки печи на 25 суток давало дополнительно более 12 тысяч тонн клинкера. В этом тресте я проработал до сентября 1957 г.
Вскоре Министерство стройматериалов было расформировано и трест «Союзстеклострой» передали Министерству строительства, которое сочло необходимым его ликвидировать. В это время я тяжело заболел, мне была установлена персональная пенсия, и я оставил работу, но ненадолго. В этот период выполнял отдельные задания Госплана, Совнархоза и др., а в 1963 г. был назначен на должность главного технолога треста «Стальмонтаж». Мне было поручено изготовление металлоконструкций для строительства высотных объектов в Москве, в том числе для гостиницы Россия.
За все время работы я считал своим долгом выполнять любые задания партии. Никогда не выбирал и не высказывал желания ехать в тот или иной пункт или на избранный мной объект, и не жалею об этом. Обычно это приводило к тому, что мне доставались хотя и трудные, но очень интересные объекты. А трудности закаляли меня, сближали с людьми, учили жить, в результате – моя жизнь всегда была интересной.
