Правая рука поспешила этим воспользоваться и спрятала добычу в ближайший карман.
Далеко впереди виднелись высокие городские стены Белина.
Хищная улыбка сама собой возникла на лице Винсента.
Белин. Город пяти дорог. Базарный город. Самый густонаселенный город на севере. Если маги будут его преследовать, то здесь, в Белине, они след потеряют. Они ни за что не узнают, через какие ворота он покинет город.
Идеальный план. Разве может что-то пойти не так?
– Хозяяин, – неуверенно сказал Эрл. – Каажется, что-то не тааак.
Винсу уже доводилось бывать в Белине, и он прекрасно помнил длинные очереди на каждых из пяти ворот города. Причем с обеих сторон. Ведь незаконные товары после того, как попали в Белин, должны были его еще и покинуть. В подобных делах команские стражники славились небывалой ответственностью. Правда, зона их ответственности ограничивалась лишь поиском. Когда доходило дело до изъятия, то изымалась, как правило, некоторая сумма магусов, зависящая от степени незаконности товаров.
– Правда, Эрл?! – воскликнул Винсент. – Ты так думаешь?! А почему?!
Эрл задумался.
Обычные ворота. За ними обычные дома. Улица. Обычная. Фонарные столбы. Не горят. Так ведь день. И не должны. Голуби на столбах. Обычные.
Вроде все выглядело естественно, но все же смутное чувство беспокойства терзало Эрла.
– Не знааю, – признался он. – Но что-то тоочно не таак.
– Да что ты говоришь, гнилая твоя башка. Что-то не так ему… Разумеется,
Эрл задумался.
– Думааю да, – выдал он спустя несколько долгих мгновений.
– А может быть, дело в том, что тут вообще никого нет?! Гниль и тлен, Эрл!
Винсент осматривал пустые ворота, пустые улицы, пустые окна и распахнутые двери ближайших домов. Очевидно, пустых.
Белин встречал тишиной.
Конечно же, тишина – понятие относительное. Звуков в окружении хватало: голуби цокали когтями по металлу сточной трубы, они же хлопали крыльями, перелетая с места на место. Слышался писк крысиных разборок из ближайшей подворотни. Распахнутые двери скрепили и постукивали на ветру… Но это не
– Не знаюю, хозяиин, – отозвался внезапно Эрл.
Винсенту пришлось вернуться назад по ленте памяти, чтобы вспомнить свою последнюю фразу.
– Это был риторический вопрос, дубина.
Винсент остановил Фарфетку и с большим трудом слез с телеги. Узкие штаны, принадлежавшие, несомненно, Хасану, несколько сковывали движения. Это не очень благоприятно сказывалось на походке некроманта. К распахнутой двери ближайшего дома Винс ковылял, переваливаясь с ноги на ногу, как пингвин.
– Эй? Есть здесь кто? – на всякий случай крикнул он с порога.
– Яя еесть, – Эрл тоже вылез из телеги и последовал за хозяином.
– Гниль и тлен, Эрл! Во-первых, я обращаюсь не к тебе, тыква ты гнилая! Во-вторых, я кричу в дом, значит
– Тыы спросиил, я отвеетил, – проворчал себе под нос обиженный зомби.
– Если
Эрл, используя те крохи мозгов, о которых говорил хозяин, подумал, что есть еще и Фарфетка, которая тоже здесь. И это
– Эрл, гниль и тлен! Ты чего там встал? Иди сюда, смотри, что я нашел, – раздался из глубин дома голос хозяина, который снова все перепутал. Эрл ведь стоял здесь, а не там, где бы не было это там. Да еще и неопределенное
– Гниль и тлен, Эрл! Тебя долго ждать?
В конец запутавшись, Эрл решил отложить использование крох мозгов на потом и пошел внутрь.
Винсент ждал в обеденной, чей высокий потолок доходил до самой кровли. Он с аппетитом жевал большое, неприлично красное яблоко.
– Они всё оставили, Эрл! – в голосе некроманта слышался трепет и немного страха. – Всё! Смотри, Эрл.
Винсент показывал на стол, где стояла миска с такими же яблоками и лежал черствый даже на вид кусок хлеба.
– Яблооки, – сказал Эрл. – Ии хлееб.
– Вот именно, Эрл! Вот именно! Яблоки, хлеб. Еда! Когда не берут с собой еду, значит, бегут в спешке. А почему, Эрл? Почему Белинцы… или как их там называют… Почему они так спешили, когда убегали? Почему они вообще убегали?
– Нее знааю, – отозвался зомби.