Выйдя из кабинета директрисы после долгих нотаций, я устало вздохнула и успела вспомнить о том, что до конца учебного года осталось не так много времени, а значит, мне совсем скоро можно будет не волноваться насчет этой дурацкой школы и дурацких людей. Как здорово. Настроение от этих мыслей слегка приподнялось.
– Пойдем в столовую?
Я обернулась на голос Элиаса, который, видно, все это время ждал, пока миссис Дейфус закончит посыпать меня антиисламскими фразочками в своем кабинете.
– Не знаю, – честно выдала я. – Может, не стоит нам вообще появляться вместе? Мне кажется, миссис Дейфус думает, что это я на тебя так повлияла.
– Не неси чушь, восточная красавица, – отмахнулся парень, засунув руку в карман. – К тому же мы используем этот карандаш довольно редко. Поэтому стоит периодически уделять ему время. – Он снова достал карандаш, который уже успел оттереть от крови.
Я не смогла удержать улыбку. Снова. Так непохоже на меня и в то же время невероятно приятно.
– Ламия, на этот раз я, блин, не хочу оставлять тебя одну, – продолжил Элиас. – После того, что эти уроды хотели сделать… Ты не в безопасности в школе. Может, только рядом со своими друзьями и… со мной.
Он так смутился сказанному… Удивительно, что активный и веселый Элиас Конли вообще может смущаться.
Я кивнула, и тогда мы вместе пошли в столовую, все так же держась за разные концы карандаша. Наверное, мы выглядели глупо со стороны, но меня уже давным-давно не интересовало мнение окружающих.
Столовая была переполнена, как и всегда на больших переменах. Отовсюду раздавался звон столовых приборов, стаканов, тарелок. Мимо проходили школьники с подносами в руках, заполненными картошкой фри, хот-догами и другими вкусными, но не самыми полезными продуктами.
Мы с Элиасом встали в очередь за раздаточный стол. Он тоже взял себе хот-дог, а я – одноразовую тарелочку с салатом.
– Ты не ешь здешнего мяса, да? – спросил Элиас, когда на моем подносе помимо салата появился лишь стаканчик с горячим шоколадом.
– Да.
– Потому что оно не было приготовлено по исламским традициям?
– Да.
– К тому же оно может оказаться свиным, верно?
– Да, верно.
Парень вдруг взглянул на свой хот-дог и отложил его обратно.
– Тогда и я попробую его не есть, – сказал он и улыбнулся, чем всерьез меня удивил.
– Ты серьезно?
– Да. Как я уже говорил, я хочу узнать твой мир. А для этого нужно придерживаться некоторых правил, ведь так?
Я не знала, что на это ответить, поэтому промолчала. Внутри у меня творился настоящий хаос. Столько чувств и эмоций, которые я не была способна показать. Мне казалось, все это сплошной сон.
Рядом нет никакого Элиаса, который всеми силами вдруг начал меня поддерживать, а я – просто свихнувшаяся девчонка, разговаривающая сама с собой. Наверняка его придумало мое воображение, чтобы хоть как-то облегчить нахождение внутри абсолютно другого мира.
Мы сели за стол.
– Расскажи мне еще немного о своей вере, – попросил парень. – Чтобы отвлечься. Да и мне интересно было бы послушать.
– А что ты хочешь услышать?
– Почему в исламе так много запретов?
Эта тема была достаточно сложной, но я все-таки решилась ответить самостоятельно:
– Во-первых, их не так много. В сравнении с количеством всего дозволенного их можно посчитать на пальцах. А во-вторых, все запреты во благо человеку.
Элиас ненадолго задумался, а потом попросил меня перечислить примеры. Я отказывать не стала.
– Например, распитие алкоголя. Вспомни, что происходит с тем, кто выпьет больше, чем нужно. Люди превращаются в животных. К тому же алкоголь вреден для здоровья, разрушает печень. А курение? То же самое.
– А что насчет свинины?
– Ученые давно доказали ее вред. Это животное грязное, оно питается мусором и… ну…
– Дерьмом? – улыбнувшись, добавил Элиас. – Скажи это слово. Дерь-мо. Нечего стесняться. По крайней мере, меня точно.
– Не буду я это говорить.
Он издал смешок, тыкнув карандашом в кончик моего носа. Я даже опешила.
– Ты такая милашка, Ламия. Прямо само очарование. И когда ты стесняешься… Короче, мне очень-очень хочется тебя потискать.
От такого заявления я, наверное, раскраснелась еще больше.
– И то, что я не могу до тебя дотронуться… – Голос Элиаса вдруг стал более серьезным, а веселая улыбка сползла с губ. – Должен признаться, иногда это невыносимо.
Я промолчала, боясь взглядом подтвердить его слова. Потому что и мне порой хотелось, чтобы он обнял меня. Мне точно полегчало бы.
– А у тебя никогда такого не бывает? – спросил он внезапно. – Ну, то есть, когда ты влюбляешься в парня, тебе не хочется взять его за руку? Или поцеловать? Хотя бы в щеку.
– Я никогда прежде не влюблялась, – честно ответила я.
Мой ответ его шокировал. Он отпил немного своего бананового коктейля и пододвинулся на стуле ближе к столу.
– Реально? На самом деле не влюблялась?
– Нет.
– А как так? Тебе ведь семнадцать. За семнадцать лет ты не успела в кого-нибудь втрескаться?
А потом случилось то, чего я меньше всего ожидала от самой себя. Потому что я, хоть и тихо, но все же различимо произнесла:
– Разве что в тебя.
