А над критиками, которые щадят его не больше чем за «Версаль», он смеётся! Он даже не удосуживается их прочитать. Он знает, что они напишут, несмотря на смелый и милый призыв Алена Деко на следующий день после Большого вечера в Оперном театре в колонках «
Конечно, их найдут, но самые сдержанные, наименее враждебные критики просто пожалеют, что Саша не понимал или недостаточно любил императора. Так, Жан Дютур (
Действительно, этот фильм не чисто исторический, ни даже своего рода биография императора, перенесённая на экран. Как и в «Версале», здесь царит счастье, наслаждение, изящество, остроумие, короче говоря, «кино — шампанское». Хотя в основе сюжета лежит вполне реальная история, это не мешает Саша взяться за неё с той же свободой, что и сценаристу комиксов. И результат восхищает зрителей всех возрастов. Спустя более чем пятьдесят лет после выхода «Наполеона» он остаётся приключенческим фильмом, который всё так же очаровывает молодых зрителей.
Саша очень ослаб. У него обнаружили полиневрит, из-за которого у него ужасно болят ноги. А чествования следовали одни за другими и Мэтр старался не пропустить ни одного, пускаясь, подчас, в длительные и утомительные поездки.
В конце июня министр торговли и промышленности вручает ему «Оскара» французского кинематографа (автор не указал, что имел в виду, «Сезара» тогда ещё не было, он появился только в 1976 году. — Прим. перев.), а затем в июле Саша получает Большую золотую медаль от «
В начале лета он открыл для себя морфий, ставший незаменимым для успокоения болей. Сначала был только один укол в день, и Саша, чьи умственные способности полностью были сохранены, не мог не описать эту странную встречу с наркотиками: «Очень чёткое впечатление, что всё продолжает болеть, только я не чувствую боли. Через три дня этого оказалось недостаточно и я перешёл на два укола в день. На следующей неделе стало уже три. Вскоре были необходимы уже четыре. Я стал походить на решето».
В августе Мэтр находит в себе силы руководить съёмками фильма «Если бы Париж поведал нам» («
— Это как зубная боль, только во всём теле.
Съёмки идут без неприятностей, Саша стоически переносит страдания. Почести продолжают сыпаться дождём. Он получает медаль города Парижа на большом приёме в ратуше и отвечает согласием на приглашение Жана Ноэна участвовать в его передаче «36 свечей». Когда съёмки фильма были закончены в конце 1955 года, Саша уже не говорил о своих возможных крупных проектах...
Следующий год начался плохо. Доктор Расин после обследования диагностирует септицемию. Это проявляется в появлении на лице и шее Саша многочисленных фурункулов. Не обошлось без актёрской уловки — он решает отрастить бороду, правда без прежней уверенности в успехе: «Борода? Это знак ухода, возвещающий час прощания».
Париж и избранные представители республики хотят в последний раз воздать должное гениальному автору, словно была необходимость в дополнительных почестях, чтобы получить прощение за ужасные годы, когда всё тот же Париж, всё те же депутаты отвернулись от него.
Саша нуждается в них, этих почестях! Он согласен на всё, как будто они продлевают его жизнь, делают его ежедневные страдания менее непереносимыми. Поэтому он соглашается на то, что Оперный театр ещё раз станет храмом его гения и обретённой славы, он объявляет, что будет присутствовать на премьере «Парижа» 26 января 1956 года.