В свою очередь Ивонн, похоже, с поразительной лёгкостью отказалась от своего красивого лётчика. К великой радости «мадам Зима», которая в восторге от любви, что, кажется, испытывает «Мсьё Гитри» к её дочери:
— Такой человек, у которого есть всё и который может сделать всё для тебя, от такого не отказываются, Ивонн!
И мать, ревностно наблюдающая за дочерью, выговаривающая ей за ночёвки вне дома, поощряет принять предложение «Мсьё Гитри»:
— Он нашёл прекрасную квартиру на улице Шеффер. Он хочет, чтобы мы обе жили там!
— Соглашайся, девочка моя! Ты не пожалеешь о нашей антресоли на улице Лористон, поверь мне!
Саша безумно влюблён. Но иногда он сомневается. Она такая непостоянная, как о ней говорят. Что делает она по вечерам, когда не рядом с ним? Полюбит ли она его?
Ивонн никогда не станет большой интеллектуалкой, но она обладает ярко выраженной интуицией. Когда она чувствует, что Саша начинает сомневаться в её верности и из-за ревности может её покинуть, она использует любимое оружие соблазнителя — письмо. Она скрывается на несколько часов, зная, что он без ума от беспокойства, пишет ему письмо, которое он ждёт с нетерпением: «Моя верность, даже не следует мне об этом говорить. Я скорее умру, чем почувствую, как другие руки, не твои, будут прикасаться ко мне. Мой бедный малыш, ты у меня такой душка. Саша, мой Саша, я обращаюсь к тебе с горячей просьбой: "Не принимай ответственных решений, пока не увидишь меня". Ты же понимаешь, что я нахожусь в несколько взбалмошном состоянии? Да, это сумасбродство, но это так серьёзно, милый любимчик. Ты меня называешь "моя штучка", если от того, что я пишу, ты раздражаешься, не надо, но если это то, чего ты хотел, то я твоя штучка. Твоя маленькая штучка стоит на коленях и кричит "Я тебя люблю, я тебя люблю!" Ой, мамочки, мне очень плохо!»
В большинстве случаев слишком довольный тем, что нашёл своё маленькое чудо, Саша, если он не может тут же отправиться к ней, тотчас отвечает ей короткими пламенными сообщениями, чем-то сильно напоминающими диалоги его пьес: «Ты говоришь мне, что любить — это хорошо, и ты совершенно права. Это божественно хорошо. Это одна из причин жить. И ты совершенно права, что не стесняешься меня. Давай! Иди вперёд всем своим маленьким сердцем, всем своим маленьким существом. Никто лучше меня не сможет никогда оценить твою молодость и твоё изящество, дышать тобой, восхитительным ароматом, которым я дополнил свою жизнь!»
Иногда Ивонн продолжает писать, к тому же довольно неуклюже, и лишь чтобы поделиться с ним своими тревогами. Саша обещал ей не только новую жизнь, но и новую карьеру! Всё это кажется таким прекрасным, настолько доступным, что внезапный страх заставляет его усомниться во всём: в ней, в себе, в этой истории, которая обещала быть такой яркой. Потом к Саша приходит письмо от этой девчушки: «Ну так постарайся не меняться, чтобы не сделать мне больно. Ты хорошо знаешь, не так ли, Пупсик, что мне будет очень плохо. Ты позволишь мне тебе довериться? Мой милый Пупсик, постарайся, я тебя умоляю, постарайся быть моим. И пишу я тебе не смешные вещи, и плохо, и я делаю ошибки. Может, поэтому ты мне и не писал? Извини. Прижмись ко мне. Обними меня покрепче. Ах! Если бы ты был здесь. Только люби меня, забудь о том, что ты далеко. Всё, что я от тебя хочу — целуй меня. Твоя маленькая Вон».
Конечно, всё в итоге утрясётся! А Саша, этот утончённый, культурный молодой человек, так хорошо владеющий французским языком, тронут орфографическими и грамматическими ошибками, неуклюжими и детскими формулировками этих посланий. Но он любит её, а любовь не имеет ничего общего с грамматическими оборотами. Только одно раздражает его в высшей степени — привычка, которую Ивонна взяла, когда их роман стал очень серьёзным, называть его нелепым прозвищем «Пупсик», «Мой милый Пупсик», «Мой дорогой Пупсёночек»... В интимной обстановке это можно было бы понять, но открыто, когда Саша вернулся на Вандомскую площадь — не к своему отцу, а к известным ювелирам, чтобы выбрать в компании своей будущей жены какие-нибудь украшения, он вздрагивает, как и другие клиенты, и персонал, когда кристально чистый голос соловья раздаётся по магазину: «Роххх! Ты с ума сошёл! О, спасибо, мой милый Пупсик!»
«Милый Пупсик» её отчитал и решил заняться развитием её вкуса. Саша захотел обставить квартиру на улице Шеффер антикварной мебелью. Поэтому он начал свои уроки с похода по антикварным лавкам, чтобы выбрать с Ивонн мебель и другие вещи, которые составили бы их новую маленькую вселенную. У Саша великолепный, достаточно классический вкус, несмотря на некоторую увлечённость китайскими мотивами или другими изящными безделицами, иногда чересчур экзотичными. Но тогда это было веяние эпохи.