В критических обзорах не забывается и Ивонн. В них подчёркивается «восхитительная грация Ивонн Прентан, её изысканные "передние планы" овладевают вами словно тайные сокровища, как и её американская улыбка». Увы, не сохранилось ни одной копии этого фильма...
Пройдя через период отчаяния, Шарлотта теперь хочет драться изо всех сил во время бракоразводного процесса. На первых порах ей удалось наложить запрет на использование киноматериалов фильма «Наши», которые составляли часть её собственности по авторскому праву. Затем у неё появилась досадная наклонность распространяться в Париже о важности её собственного творческого участия в работах того, кто был её мужем. Она даже намекает, что некоторые сцены из той или другой пьесы были делом её рук. Саша не захотел вступать с ней в полемику и решил, что «собака лает, ветер носит». Откровенно говоря, немногие люди склонны были верить утверждениям Шарлотты. Именно так, интерес появлялся только тогда, когда она говорила о том, что никогда не получала гонорар как актриса от директора своего мужа. Но всё это постепенно сошло на нет, и в последующие годы Шарлотта всё больше и больше поддавалась унынию... Лучшая часть её жизни, как личной, так и профессиональной, теперь позади. Затем, с возрастом, она будет надеяться на возвращение «своего» Саша, особенно после неприятностей у него после Освобождения.
А пока она охотно потакает тем, кто приходит почерпнуть «жареных новостей» о блестящем писателе-актёре. И она не скупится на слова: «Конечно, конечно, я ему изменяла. Я этого не отрицаю. Но он описал историю нашей супружеской жизни, нашей частной жизни во всех своих пьесах, извлекая из этого пользу для себя. И это бесстыдство продолжается с его новыми завоеваниями. Этому человеку понадобилось одиннадцать лет, чтобы превратиться в другую личность. Мне никогда не были нужны украшения или меха. Я никогда не хотела быть той женщиной-вещью, которая была так ему нужна! Я ждала другого... Я слишком долго ждала, в то время как он один шёл вперёд. И вот однажды я оказалась на обочине жизни. Конечно, я знала о его недостатках: эгоист, карьерист, но он умел заставить забыть о них своими более привлекательными сторонами — своим добродушием, комичностью, весёлостью, шутливостью. Я не предполагала, что стану его жертвой! У него гипертрофированное эго и нет сердца. Он баловень, он с самого начала вёл себя как папин сынок. Все у него в долгу. Что и сделало его скупым. Он даже стал скучным — когда рассказывает одну и ту же историю по сто раз».
«Игра окончена» («
Лизес наконец-то свободна, Люсьен готовится к большому примирению с сыном. С момента их размолвки успех не покидал его. Он остаётся величайшим актёром своего времени. С 1910 года он женат на актрисе Жанне Декло (
Саша предъявил отцу не только свой писательский талант, но и актёрский, вот почему Люсьен, искромётный ум которого восхваляют все, вбил себе в голову, в свою очередь, стать актёром-драматургом! Он настойчиво трудился над написанием пьесы под названием «Дед» («
Но обладание великолепной памятью, острым и пронзительным умом, неотразимость в разговоре, любовь к большой литературе не предполагают обязательного наличия драматургических способностей! В пьесе «Дед» представлена довольно пошлая история, способная заставить прослезиться разве что деревенского зрителя, а не стать шедевром драматического искусства. История удручающе безвкусна: дед берёт к себе ребёнка, которого считает своей внучкой, на воспитание, с целью устроить ей выгодный брак. Люсьен вжился в роль деда, но само произведение вряд ли смогло прельстить критиков. И поскольку автором был «великий Гитри», пресса отделалась красивыми фигурами умолчания, упомянув лишь о том, что мсьё Гитри, отцу гениального драматурга, написавшего «Помечтаем...», было бы приличнее оставаться «величайшим актёром современности».