Танец с драконами полностью

— Что это значит? Я это все? Что ты имеешь в виду? Почему "я это все"?

— Почему, — ответил Тирион, — да потому что, если каменные люди заберут Яндри, Грифа или нашу прекрасную Лемору, мы погорюем о них и пойдем дальше. А потеряешь тебя — и все дело пропало, все эти годы лихорадочных интриг торговца сыром и евнуха пойдут насмарку… разве не так?

Мальчик посмотрел на Грифа.

— Он знает, кто я такой.

Если бы я не узнал раньше, то понял бы это сейчас.

К тому времени "Робкая Дева" уже оставила позади Мост Грез. Все, что от него осталось, — гаснущие огоньки за кормой. Вскоре и они пропали.

— Ты Юный Гриф, сын наемника Грифа, — сказал Тирион. — Или, возможно, ты Воин в смертном облике. Дай-ка взгляну поближе. — Он поднял факел, и свет разлился по лицу Юного Грифа.

— Прекрати, — приказал Гриф. — Или пожалеешь об этом.

Карлик не обратил на него внимания:

— Синие волосы делают и глаза тоже синими, это хорошо. И сказка о волосах, выкрашенных в честь твоей умершей тирошийской мамаши, так тронула меня, что я чуть не расплакался. Но все же любопытный человек заинтересовался бы, зачем щенку какого-то наемника нужна порочная септа для просвещения в Вере или мейстер без цепи для наставлений в истории и языках. А умный человек мог бы задаться вопросом, зачем твоему отцу нанимать межевого рыцаря учить тебя сражаться, вместо того чтобы просто послать в один из вольных отрядов. Это выглядит так, будто кто-то хотел спрятать тебя, одновременно готовя к… чему? Я в недоумении, но уверен, со временем пойму, в чем тут дело. Но, должен признать, ты прекрасно выглядишь для мертвого мальчика.

Парень покраснел.

— Я не мертвый.

— Как же так? Мой лорд-отец завернул твое тело в алый плащ и положил тебя рядом с сестрой у подножия Железного Трона как подарок новому королю. Те, у кого хватило мужества приподнять плащ, утверждали, что ты лишился половины головы.

Парень в замешательстве отступил на шаг.

— Твой…

— Отец, да. Тайвин из дома Ланнистеров. Возможно, ты слышал о нем.

Юный Гриф помедлил.

— Ланнистер? Твой отец…

— …мертв. От моей руки. Если Вашему Высочеству угодно называть меня Йолло или Хугор, так тому и быть, но я был рожден Тирионом из дома Ланнистеров. Я законный сын Тайвина и Джоанны, которых сам и убил. Тебе расскажут, что я убийца королей, родных, да еще и лжец, и все это правда… но ведь мы все тут сборище лжецов, не так ли? Возьмем твоего мнимого отца. Гриф, да? — карлик усмехнулся. — Ты должен быть благодарен богам за то, что Варис Паук с вами заодно в этом заговоре. Гриф не одурачил бы нашего кастрированного кудесника ни на секунду, так же как у него не вышло и со мной. Не лорд, говорит его светлость, не рыцарь. А я не карлик. Слова не становятся правдой только потому, что их произнесли. Кто бы мог воспитать малолетнего сына принца Рейегара лучше, чем его близкий друг, Джон Коннингтон, бывший лорд Грифоньего Насеста и Десница Короля?

— Тихо! — в голосе Грифа слышалась тревога.

По левому борту под водой показалась огромная каменная рука. Два пальца виднелись над поверхностью реки. Сколько их здесь таких? удивился Тирион. Струйка пота стекла по позвоночнику, заставив его содрогнуться. Печали проплывали мимо них. Вглядевшись в туман, он увидел сломанный шпиль, безголовую статую, древнее дерево, вырванное из земли и перевернутое, огромные скрученные корни выглядывали сквозь крышу обвалившегося купола. Почему это все кажется таким знакомым?

Прямо впереди накренилась лестница из бледного мрамора, выраставшая из темной воды изящной спиралью и резко обрывавшаяся в десяти футах над их головами.

Нет, подумал Тирион, это невозможно.

— Впереди, — голос Леморы дрожал. — Свет.

Все обернулись. И все увидели его.

— "Зимородок", — сказал Гриф. — Или кто-то вроде него, — но снова обнажил меч.

Никто не произнес ни слова. "Робкая Дева" плыла по течению: они не поднимали парус с тех пор, как заплыли в Печали. Лодка не могла двигаться по-другому — только вместе с рекой. Утка стоял, прищурившись и сжимая шест обеими руками. Через некоторое время даже Яндри прекратил отталкиваться. Взгляды всех были устремлены на далекий огонек. Когда они приблизились, огоньков стало два. Потом три.

— Мост Грез, — произнес Тирион.

— Невозможно, — сказал Халдон Полумейстер. — Мы оставили мост позади, реки текут только в одну сторону.

— Мать Ройна течет, как ей захочется, — пробормотал Яндри.

— Семеро, храните нас, — произнесла септа Лемора.

На пролете над ними завыли каменные люди. Некоторые из них указывали на лодку.

— Халдон, отведи принца вниз, — скомандовал Гриф.