Остальные «мы» включали в себя повара, которого Давос никогда не видел, шестерых стражников в казармах первого этажа, пару прачек и двух тюремщиков, которые приглядывали за заключенным. Молодой стражник, Терри, был сыном одной из прачек, мальчиком лет четырнадцати. Старика звали Гарт — огромный, лысый и молчаливый, он каждый день носил одну и ту же засаленную кожаную куртку, и к его лицу, казалось, навсегда приклеилось сердитое выражение.
В бытность свою контрабандистом Давос Сиворт научился распознавать опасных людей, а Гарт был опасен. Луковый рыцарь старался держать язык за зубами в его присутствии. С Терри и сиром Бартимусом он был менее сдержан — благодарил за пищу, поощрял в желании рассказать о своей жизни и надеждах, вежливо отвечал на их вопросы и никогда не докучал своими. Если он и просил что-то, то лишь какие-нибудь мелочи: корыто с водой и немного мыла, книги для чтения, чуть больше свечей. Большинство таких желаний выполнялось, и Давос высказывал должную благодарность.
Никто из них не стал бы говорить о лорде Мандерли, короле Станнисе или Фреях, но они охотно говорили о других вещах. Терри хотел пойти на войну, когда достаточно подрастет, чтобы сражаться и стать рыцарем. Он любил жаловаться на свою мать — по его признанию, она спала с двумя стражниками. Мужчины были из разных дозоров и не знали друг о друге, но в один прекрасный день один или другой догадается, и может пролиться кровь. Иногда ночью парень даже приносил мех вина в камеру и, пока они пили, расспрашивал Давоса о жизни контрабандистов.
Сира Бартимуса не интересовал окружающий мир, да и вообще все, что случилось с тех пор, как он потерял ногу по вине потерявшей всадника лошади и пилы мейстера. Однако он полюбил Волчье Логово, и больше всего ему нравилось говорить о долгой и кровавой истории этого места. Логово было гораздо древнее, чем Белая Гавань, как рассказал рыцарь Давосу. Его воздвиг король Джон Старк, чтобы защищать устье Белого Ножа от нападений с моря. Многие младшие сыновья короля Севера жили здесь, многие братья, дяди, кузены. Некоторые оставляли замок в наследство своим сыновьям и внукам — так возникли новые ветви дома Старков; Грейстарки продержались дольше всех, владея Волчьим Логовом на протяжении пяти веков, пока не решили примкнуть к Дредфорту, поднявшему мятеж против Старков из Винтерфелла.
После их падения замок переходил из рук в руки. Дом Флинтов удерживал его на протяжении столетия, дом Локков — почти два столетия. Слейты, Лонги, Хольты и Ашвуды властвовали здесь, охраняя реку по приказу Винтерфелла. Грабители с Трех Сестер однажды захватили замок, чтобы с его помощью укрепиться на Севере. Во время войны между Винтерфеллом и Долиной замок осадил Осгуд Аррен, Старый Сокол, а потом сжег его сын, которого помнят под именем Тейлон. Когда старый король Эдрик Старк слишком ослаб, чтобы защищать свое королевство, Волчье Логово оказалось во власти работорговцев со Ступеней. Тогда черные каменные стены стали свидетелями тому, как пленников перед отправкой за море стегали кнутом и клеймили раскаленным железом.
— Потом наступила жестокая зима, — рассказал сир Бартимус. — Белый Нож замерз, и даже лиман покрылся льдом. С севера, завывая, пришли ветра, загнавшие работорговцев внутрь, к теплу костров, и пока они грелись, новый король напал на них. Это был
С этим Давос поспорить не мог. После того, что он видел в Восточном Дозоре-у-Моря, знакомиться с зимой поближе ему самому не очень-то хотелось.
— Каким богам вы молитесь? — спросил он одноногого рыцаря.
— Старым, — когда сир Бартимус ухмылялся, он становился похожим на череп. — Я и моя семья были здесь до Мандерли. Очень может быть, что мои предки развешивали на этих деревьях внутренности.
— Я и не знал, что северяне приносили кровавые жертвы своим сердцедревам.
— Вы, южане, еще многого не знаете о Севере, — ответил сир Бартимус.
