– Мне нужна лютня. Любая, не обязательно изысканная. – Прошлая ночь выдалась бы более сносной, будь у меня возможность поиграть, чтобы скоротать время. – Во что мне это обойдется?
Он задумывается, надувая щеки.
– Я хочу увидеть Природные Земли.
Я фыркаю, представляя Рафа на человеческой стороне Грани. Может, после того, как магия меня покинет, я могла бы нанять его на работу в поместье. Вообразив, как Раф помогает мне ухаживать за заросшим садом, я едва удерживаюсь от смеха. Впрочем, мне нравится подобная картина. Возможно, он стал бы для меня кем-то вроде ученика. Или я училась бы у него. Вдруг, живя в такой близости от Грани, я сумела бы отыскать в себе какие-то остатки человеческой магии? По крайней мере, Раф развлекал бы Лауру. Я представляю, что она тоже живет со мной. Сестра наконец-то смогла бы увидеть желанную магию, а я помешала бы Джойс испортить младшую дочь.
– Вряд ли я смогу исполнить такую просьбу. Давай еще раз. – Я выбираю в корзине теплую булку. Раф что-то мычит себе под нос, упорно избегая на меня смотреть. – Что у тебя на уме? – спрашиваю я, замечая, как слегка порозовели его щеки.
– Я еще думаю.
– Я подожду. – Пока он набирается смелости попросить то, что хочет, я отрываю от булки кусочки и сую себе в рот.
– Хоч-снв-слыш-в-ше-пние.
– Прости, что ты сказал?
– Хочу-снва услышать в‑ше-пние.
Я наклоняюсь к нему.
– Давай еще раз.
– Я хочу снова услышать ваше пение, – наконец четко произносит он, выглядя при этом восхитительно застенчивым. Слова явно даются ему с трудом. – Сыграйте мне песню, когда я принесу лютню.
Я уже готова согласиться, но вспоминаю вдруг слова Дэвиена.
– Какую песню?
– Любую на ваш выбор.
– Когда?
– В любое время, когда захотите.
– Как долго?
– Любую песню, в любое время, в любом стиле по вашему усмотрению. Вы сами вольны выбирать обстоятельства исполнения соглашения.
Мыча себе под нос, я прищуриваюсь.
– Ты ведь знаешь, что я знакома с твоими родителями. Ты же не пытаешься хитрить?
– Я принесу вам лютню, – произносит он, раздраженно подергивая тощим хвостом, – если вы сыграете мне песню, какую захотите и когда пожелаете. Но во время исполнения я должен иметь возможность сидеть прямо перед вами и слушать. Это все, о чем я прошу. Никаких трюков и ловушек.
– Договорились. – Поднявшись, я ерошу ему волосы. Кто знает, принесет ли он вообще лютню? – А ты не так уж плох для ребенка.
– И вы наполовину сносная для человека. – Он показывает мне язык.
– Раф, – предупреждающим тоном начинает Дэвиен.
Я демонстративно показываю язык маленькому фейри, давая Дэвиену понять, что шутка взаимна.
– Я сама это начала, – объясняю, поворачиваясь к нему с легкой улыбкой.
– Не сомневаюсь. – Он выжидающе протягивает руку.
Лишь миг спустя я понимаю, что Дэвиен просит у меня кусок хлеба. Наверное, этот мужчина нравится мне даже больше, чем я предполагаю, поскольку я безропотно протягиваю ему хлеб, вместо того чтобы указать на корзину и предложить взять себе другую булку.
– Я ожидал, что дочь лорда станет более послушной женой. Я же вечно обнаруживаю тебя в каком-нибудь неподобающем месте за несвойственным леди занятием.
– Это мое проклятие, – бормочу я, вспоминая детство.
Я постоянно попадалась матери на глаза или оказывалась там, где, по мнению Джойс, мне не следовало находиться. У заднего входа в ее гардероб. Или в комнате для рисования Хелены.
Или на крыше…
– А мне вполне нравится. Раз уж пришлось жениться по законам Природных Земель на человеке, ты неплохой вариант. Мне могло достаться бремя и похуже. – Он тщетно пытается сдержать ухмылку.
– Учитывая все твое обаяние, странно, что ты не нашел себе жену еще до меня, – замечаю я, засовывая в рот кусок хлеба.
– А меня удивляет, что с такими манерами ты еще раньше не обзавелась мужем.
Я закатываю глаза, но все же выдавливаю улыбку. Однако она тут же исчезает, когда в голову приходит одна мысль.
– Ты сказал, жениться по законам Природных Земель…
– Не волнуйся, здесь мы точно не женаты. – Он направляется в комнату, где принимает Вэна. – Я не использовал никаких уловок, не затрагивал законы фейри. Слухи о том, что фейри крадут женщин, сильно преувеличены.
– Конечно.
Я вновь заставляю себя улыбнуться, но тошнотворное чувство, прогнавшее первую улыбку, уже поселяется в груди и наполняет меня разочарованием. Хотя чему я так удивляюсь? Он сообщил, что оставляет мне поместье, и ушел в мир фейри, намереваясь никогда не возвращаться. Я бы стала вдовой. Одной в целом свете.
– Орен составил соглашение таким образом, чтобы сразу после моего ухода оно перестало действовать. – Дэвиен не замечает моего смятения. Он на меня даже не смотрит. – Ты свободна выйти замуж за кого захочешь, Катрия. Как и я волен заключить подходящий брак, чтобы обеспечить будущее королевства.
– Ты все просчитываешь наперед, верно?
