Он замедляет шаг и все же поднимает на меня глаза. Такое впечатление, что мир застывает на месте. У меня перехватывает дыхание. Впервые я не могу прочесть, что скрывается за выражением его лица. Печаль? Беспокойство? Трудно сказать. Дэвиен едва заметно хмурится, и я подавляю желание взять его за руку, прикоснуться к нему и… Мысли вновь ударяются о стены, которые я возвела вокруг себя. Нет, нельзя даже думать о том, чтобы сделать хоть шаг вперед через разделяющую нас пропасть.
– Я стараюсь, – мягко произносит он. – Но даже королей порой застают врасплох.
От этих слов холодной, темной части моей души, которую я отчаянно пытаюсь скрыть от мира, касается некое чувство, мягкое, словно падающее перышко. Сердце слышит его зов и ускоряет бег, словно стремясь донести кровь и тепло до этого неиспользуемого уголка. И я наконец-то понимаю, что в обращенном на меня взгляде Дэвиена скрывается… сожаление.
– Поэтому ты так сурово обходился со мной в лесу, когда я только попала в этот мир? – интересуюсь я, выполняя обещание, данное самой себе прошлым вечером, и вдохновленная примером Шей. Конечно, она гораздо лучше может призвать к ответу тех, кто ее обидел, но я прикладываю все усилия. – Ты ведь вел себя тогда… я понимала, ты не сердился на меня, но все же поступал…
– Несправедливо, – заканчивает он и наклоняет голову, чтобы установить зрительный контакт. А я осознаю, насколько сейчас сужается пропасть между нами. Его глаза полны раскаяния. Взгляд Дэвиена падает на мои руки. Он задумчиво сжимает их и принимается поглаживать большими пальцами костяшки пальцев. И я почти забываю, что мы только что обсуждали. – Знаю. Мне следовало извиниться раньше. Шей права, я расстроился из-за сложившихся обстоятельств и повел себя как капризный ребенок. Ты действительно была ни в чем не виновата. Но это не оправдание. Прости, Катрия, такого больше не повторится. Ты меня простишь?
– Дэвиен, я… – Вряд ли передо мной когда-нибудь так мягко и искренне извинялись, и мои стены рушатся под напором его мучительно близкого присутствия…
– О, вы оба уже здесь. Отлично. – Мимо нас проносится Вэна. Дэвиен выпускает мои руки и делает шаг назад. На его щеках расцветает легкий румянец, которого не было еще минуту назад. – Заканчивайте завтрак и начнем. Не стоит терять время.
Она открывает двери в приемную. Но зала не пуста. Посреди комнаты стоит женщина в черной накидке, подобные которой я уже видела на фейри ночью в Кровавом лесу и днем возле поместья. У меня перехватывает дыхание.
Однако Дэвиен быстро приходит в себя.
– Потрошитель Болтова, – рычит он и бросается в атаку.
Дэвиен реагирует быстро, но потрошительница быстрее. Размытым пятном скользнув по комнате, она поднимает короткий меч и блокирует кинжал Дэвиена. Из-за скорости их движений я даже не успеваю увидеть, откуда он вытащил оружие.
– Дэвиен! – кричит Вэна, когда он отступает назад и вновь делает выпад другой рукой, в которой тоже зажат кинжал. Потрошительница снова его отклоняет. – Прекратите! – Вэна бросается вперед. – Это Аллора, союзница служителей.
– А по мне она смахивает на потрошителя. – Дэвиен все так же давит на клинок Аллоры, на что та лениво ухмыляется. Будь ее воля, она разорвала бы Дэвиена на куски.
– А ты похож на избалованного принца, так что давай не будем переходить на личности, – предлагает Аллора. Ее голос столь же мягкий, как сотканная из тени накидка.
– Перестаньте! – Схватив обоих за плечи, Вэна пытается отодвинуть их друг от друга – почти с тем же успехом, как если бы попробовала сдвинуть две горы. – Я сама попросила Аллору прийти. Она поможет нам с ритуалом возвращения силы.
– Ты доверяешь потрошителю? – Дэвиен бросает взгляд на Вэну.
– Ну вы же поверили.
– Шей ушла задолго до того, как присоединилась к нам. А это чудовище…
– Опять обзывательства, – закатывает глаза Аллора.
– Может, вы оба просто опустите оружие? – Вэна разговаривает с ними словно с малыми детьми.
– Сначала он, – усмехается Аллора.
– Почему ты…
– На счет три, – вздыхает Вэна. – Один. Два. Три.
Оба медленно отстраняются друг от друга. Дэвиен убирает кинжалы обратно в ножны, скрытые за широким поясом на талии. Аллора возвращает меч в ножны на бедре, но не убирает ладонь с рукояти. Что нервирует гораздо сильнее, когда она устремляет взгляд на меня.
– Значит, слухи верны. У вас здесь и в самом деле человек.
– Я Катрия. – Обращение по имени мне нравится гораздо больше.
Ухмыльнувшись еще сильнее, женщина кивает.
– Аллора. Но я думаю, ты это уже поняла.
Ее короткие черные волосы зачесаны назад. Вдоль лба тянется длинная белая прядь, уходящая к правому виску. Аллора примерно одного со мной роста, но вдвое мускулистее, что говорит о многом, поскольку я никогда не считала себя особенно хрупкой.
– Может, объяснишь? – обращается Дэвиен к Вэне.
