– Тебе кажется это смешным? – шипела Эля, нависая над вампиром. – Только-только я рассмотрела в тебе что-то человеческое. Нежность. Тревогу. Заботу. И ты все вновь убил своим розыгрышем. Шуткой.
– Это не шутка, – спокойно ответил Михаил.
– А что же это? Что?!
– Отчаяние.
Княжна хмурилась, тяжело дыша, едва сдерживая слезы.
– Ты так отчаянно хотел посмеяться надо мной?
– Конечно, нет, – Михаил медленно поднялся на ноги, стараясь не спровоцировать Элю на побег. – Я отчаянно хотел вернуть тебя.
– Хотел? – переспросила она.
– Хочу! Я отчаянно хочу вернуть тебя, Элеонора.
– Ты выбрал очень странный способ, – огрызнулась княжна. – Я в спешке оставила сына. Бросилась искать тебя. Думала, что ты нуждаешься в помощи. Что я смогу опоздать! Это жестоко, Михаил…
– Не менее жестоко, чем находиться вдалеке друг от друга. При встрече делать вид, что мы едва знакомы, хотя нас связали боги. Нас связало потомство! – Михаил тоже терял терпение. – Да последние месяцы я радовался любому прикосновению к тебе. Пусть даже случайному! Мимолетному и незначительному! Я грезил дышать с тобой одним воздухом, Темная княжна. Терпеливо ждал и всегда был рядом. Мы никогда не были так близко друг к другу, как сейчас, понимаешь?
– Да, понимаю, – выкрикнула Эля, и ее злое согласие смешался с шумом волн. – А как хорошо ты понимаешь, что предал меня? Да, – она не смогла устоять на месте и сделала несколько нервных шагов навстречу, – ты отступил в последний момент, но ты не знаешь, что значит быть в объятиях любимого, когда в твою спину впиваются иглы.
– Но я знаю, как в глазах твоего “сердца” любовь сменяется ненавистью… – выдохнул он.
– Не смей обвинять меня в этом! – рыкнула княжна, выставляя руку перед собой, словно готовясь нанести удар.
– Я не делаю этого! – он перехватил девичье запястье и крепко сжал его.
– Пусти!
Князь отрицательно покачал головой.
– Нет. Ты отравила меня, Элеонора. Ты заставила меня ненавидеть себя! Ненавидеть все, что до этого я считал правильным! Ты сломала что-то вот тут, – он свободной рукой ударил себя по груди. – И тут, – коснулся своего виска. – А теперь хочешь, чтобы я жил без тебя. Чтобы я жил как до встречи с тобой. Но не получается. Я только и думаю, а как бы отреагировала моя княжна, если я сделаю вот так. Она бы посмотрела на меня с презрением или подарила скупую улыбку? Ты научила меня жить, – он болезненно улыбнулся. – И тут же забрала эти умения.
– Ты действительно считаешь, что твои слова что-то изменят?! – терпение и способность сдерживаться окончательно покинули Элеонору, заставляя её наносить череду хаотичных ударов по Михаилу. – Ненавижу! Ненавижу всей душой! Ненавижу тебя, Светлый князь! Зачем ты только появился в моей жизни?! – спросила она, окончательно теряя рассудок. – Боги! Планы! Да мне плевать на их планы! – вампир и не думал сопротивляться, принимая удары. Это было ничем в сравнении с тем, что она могла в любой момент исчезнуть и поставить точку в разговоре. – Я не хочу в них участвовать! Если им так нужно что-то изменить, так пусть сделают это сами. Придут сюда и исправят! А не делают это с помощью наших судеб.
– А я люблю тебя, Темная княжна, – ловко поймав девичьи запястья Михаил завел их за спину, лишая Элю возможности пошевелиться и заставляя замолчать на мгновение.
– А я тебя ненавижу! – выдохнула она с животным отчаянием, словно знала, что еще немного и проиграет. Перестанет биться в руках вампира раненной птицей и обессиленно прижмется к его груди, позволяя обнимать.
– Не лги, – мягко попросил князь.
Этой фразы хватило, чтобы Эля вновь вырвалась и с силой ударила вампира по лицу. Звонко. Хлестко. Со всей злостью и болью, скопившейся за последний год.
– Моя ложь ничто по сравнению с твоей. Скажи мне, Светлый князь, каково это было смотреть мне в глаза и знать, что предашь? Это, наверное, по-своему приятно, – Михаил слушал обвинения, позволяя выговориться. Он заслужил все эти слова. Заслужил… – Ощущение власти. Ощущение какого-то могущества, – его потряхивало от боли и бессилия. И от осознания того, что если сейчас он ничего не изменит, то эта пытка продолжится еще много лет. – Ты ведь смог обмануть. Ввести в заблуждение. Получить доверие, а потом… – вампир не дал договорить. С силой впился губами в губы княжны. Прижимался. Целовал. Пытался побороть сопротивление. Не отпускал. Терзал. Ощущая солоноватый привкус слез.
– Не отпущу, – прошептал он, когда Эля со злостью и рычанием прикусила его губу. – Не отпущу, княжна. Мы уйдем отсюда вместе. Парой, – сказал он, слизывая выступившую каплю крови. – Только парой! – он вновь припал к ее губам. Их поцелуй все больше и больше походил на противостояние. Драку. С рычанием, проклятьями, хлесткими ударами по мужскому лицу и плечам.
– Нет!
– Я не смогу больше и минуты прожить без тебя, – шептал Михаил.
– Нет! – выкрикнула Темная княжна. Словно пытаясь доказать стойкость уже себе, а не миру вокруг. – Я боюсь, – призналась она честно, неожиданно обмякая в руках вампира и ища в нем опоры. – Я боюсь, – она беззвучно роняла слезы на мужскую грудь.
