– А мне этого мало. И ей этого мало. Я же вижу, как она сжимает ладони в кулачки. Боится.
– Возможно, она просто хочет устроить тебе первоклассную взбучку?
– Не исключено, – Михаил ухмыльнулся.
– Я бы на твоем месте подождал…
– А ты не на моем месте! Ты не понимаешь… Элеонору нужно подтолкнуть к эмоциям. Заставить перешагнуть барьер. Напомнить.
Демон принялся раскачиваться в кресле, извлекая из него противные скрипучие звуки.
– Не понимаю в истинности. Но в обращении с женщинами есть опыт, – заметил Сеар. – И он подсказывает, что тебе будет больно. Очень больно. Именно физически.
– Не страшно.
– Я бы так не думал. Женщина в ярости способна на многое. А уж тем более Высший вампир. На твоем бы месте я прикрывал стратегически важные места. Капитально. Желательно хоккейной защитой, да и руками придерживал.
Михаил изобразил улыбку в ответ на шутку и поднялся с кресла.
– Просто отнеси ей это, – он взял со стола чистый лист бумаги и написал размашистым неровным почерком: “
Сеар прочел, свернул вчетверо лист и, приподняв шляпу, сказал:
– Рад был знакомству. Когда твоя княгиня должна получить послание? – спросил он.
– Завтра, ближе к вечеру. Я еще зайду.
– Жду, – хозяин кабинета одарил на прощание Михаила насмешливым взглядом.
Светлому князю и самому не нравилась до конца задумка, но в данный момент, провокация казалась наилучшим вариантом. Когда-то он считал, что с легкостью проведет десятки лет в разлуке со своим “сердцем”. Сможет вынести пренебрежительные взгляды и наигранную холодность. Но сейчас даже знание того, что Элеонора играет, не приносило ему покоя. Он изнывал от тоски. А признайся он вот так прямо, Темная княжна точно посмеется и заверит, естественно, назло, что ничего подобного не испытывает. Будет горделиво задирать острый подбородок, недоверчиво хмыкать, изредка роняя ехидные замечания. Вот чего уж было у нее не отнять, так это в любой, даже сложной ситуации умение отпустить колкость.
Изначальный план Михаила был более жестоким по отношению к Темной княжне. И опасным для себя. Позволить Лоэрту почувствовать силу. Дать возлюбленному Власты возможность отомстить. Не по-настоящему, конечно, а заручиться поддержкой других Высших, что были чуть умнее. Тех, кто рассказал о задумке Лоэрта. Тех, кто понимал, что свержение и смерть Михаила приведут их к погибели. Особенно сейчас, когда на свет появился маленький наследник трона Светлых.
Пройдет каких-то двадцать–двадцать пять лет, и Влад захочет вернуть то, что ему принадлежит по праву. Если до этого момента Темная княжна в порыве неконтролируемой злости не сделает это первой…
С этими мыслями Михаил дожидался назначенного времени в пещере, в пятый раз переставляя стул и присаживаясь на него, прикидывая, как будет натуральнее смотреться поза.
– Записка доставлена, господин, – голос иллюзии неприятно зазвучал в пещере.
– Помоги мне, – приказал Михаил, опуская слова благодарности и протягивая веревку. – Свяжи. Стягивай. Не бойся, – попросил и, когда последний узел был завязан, мотнул головой, отсылая низшего демона.
И сделал это очень вовремя. Несколько секунд – и он почувствовал присутствие Элеоноры. Услышал ее взволнованное сердцебиение.
Княжна была напугана. Прижалась грудью к камню и высматривала врагов.
“А Сеар все же прав. Этот розыгрыш будет стоить мне очень дорого”, – подумал Михаил, предвкушая предстоящую схватку. Уж слишком взволнована была его пара. Напряжена, как пружина, в ожидании нападения.
“Но она пришла. Пришла, не раздумывая!” – эта мысль приятно щекотала в груди вампира.
Сердце княжны застучало быстрее, она задержала дыхание и бросилась. Крепко ухватила Михаила и забрала его из пещеры.
“Песок. Влага, – хмыкнул про себя Светлый князь. – Куда ж еще ты могла меня перенести, кроме побережья”.
– Михаил, – голос звучал обеспокоенно. – Михаил! – позвала она смелее, присаживаясь рядом и отчаянно тряся, ухватив за ворот футболки. – Да чтоб тебя! Если ты и умрешь, то только от моей руки! – гневно толкнула в бок. – Не смей даже это портить!
Светлый князь больше не мог сдерживать довольную улыбку и прошептал, чтобы не напугать:
– Просто признай, что ты беспокоишься обо мне.
Он открыл глаза и невольно расхохотался, наблюдая, как к Элеоноре приходит осознание происходящего.
– Тебе кажется это смешным, Михаил? – воскликнула она, обдавая его волной колкого песка. – Ты!.. – она захлебнулась возмущением.
– Прости, – он сел, тряхнул головой. – Я смеюсь не над тобой. Клянусь.
– А над чем же? Над чем ты смеешься, Светлый князь? Разве, кроме нас, здесь есть кто-то еще? Или ты вспомнил шутку? Так поделись, – она поднялась на ноги и смотрела на вампира сверху вниз, гневно сжимая кулаки и, кажется, едва сдерживая себя, чтобы не начать наносить отчаянные хаотичные удары.
– Я просто понял, о чем говорил Сеар, – он тоже поднялся на ноги, но тут же получил мощный удар в грудь, снова присев на песок. – Да, вот именно об этом он и говорил. А я почему-то не поверил.
