– Ты ужасный человек! – закатила она глаза, откидываясь на мужскую грудь.
– Знаю.
– Но я все равно тебя люблю.
От слов Ионы он на мгновение замер, а затем еще крепче прижал ее к себе.
– Знаю.
Иона повернулась в кольце его рук. Голубые глаза нашли серые, а время вокруг них словно застыло. Подобно тому, как весь день запоминала черты брата, сейчас она внимательно вглядывалась в лицо Вейлина. Начав с белых, слегка растрепанных после скачки волос, она проскользила взглядом на высокий лоб, резкие надбровные дуги, прямой нос, четко очерченные скулы… и замерла на губах.
– Вейлин… – с тихим придыханием протянула она.
От звука ее голоса внутренние стены, которые до сих пор удерживали Вейлина, рухнули. Наклонившись, он коснулся губ Ионы своими. Поцелуй получился требовательным, неистовым, безудержным. Он забирал многое, но дарил еще больше.
Иона задыхалась, теряясь в ощущениях. Вейлин подтолкнул ее назад, заставив упереться спиной в ствол дерева. Иона тихо застонала, когда от его прикосновений по груди разлилось тепло, обволакивая живот и оседая в бедрах. Нос Вейлина дернулся, и он издал низкое рычание, в котором одновременно слились желание обладать и признание собственного поражения.
– Я не смогу долго сдерживаться. Прости…
Вейлин откинул волосы с ее шеи и прикусил нежную кожу.
– И не нужно, – заверила Иона, на каждый его обжигающий поцелуй отвечая своим.
Все, чего Ионе сейчас хотелось, – это стать единым целым с человеком, который так просто дарил ей всего себя. Подняв руки, она зарылась пальцами в белые волосы, а затем дернула за них, заставляя Вейлина откинуть голову назад. Потянувшись вперед, Иона коснулась губами пульсирующей вены на мужской шее. Она чувствовала быстрое биение сердца под губами, ни минуты не сомневаясь, что ее собственное бьется еще быстрее.
Издав низкий гортанный звук, Вейлин снова приник к ее губам. Проникнув правой рукой под платье, он сжал бедро Ионы. А она застонала ему в губы, когда Вейлин двинулся выше, коснувшись пальцами ее горячего лона. Другую руку он запустил в каштановые волосы и притянул ее лоб к своему.
– Ты так мне нужна, Иона… боги…
В какой-то момент Вейлин оторвал ее от земли, а затем бережно уложил на расстеленную на земле лежанку. Она не помнила, когда пропала их одежда. Горячее мужское тело спасало от холодного воздуха, охотно делясь своим жаром. Вейлин резко вошел в нее, одновременно прикусив мочку уха. Иона всхлипнула от смеси боли и удовольствия, находя блаженство в острой, как лезвие кинжала, границе между ними.
Внезапно толчки прекратились, а единственным звуком, помимо шелеста листьев, осталось тяжелое дыхание Вейлина. Иона открыла глаза и попыталась понять, почему мир вокруг нее кажется таким расплывчатым.
– Иона… я сделал что-то не так? Тебе больно? – В голосе Вейлина звучала тревога.
– Что? О чем…
Иона подняла руку к своему лицу и с удивлением обнаружила горячую влагу на кончиках пальцев.
– Ты плачешь.
– Мне не больно, Вейлин. – Иона коснулась его щеки. – Я… я боюсь.
– Клянусь, я защищу тебя. – Повернув голову, Вейлин мягко поцеловал ее ладонь. – Чего бы мне это ни стоило.
– Именно этого я и боюсь, Вейлин. Кто защитит тебя самого?
Он лишь вздохнул, оставив ее вопрос без ответа.
– Пообещай мне, что сделаешь все, чтобы выжить, – попросила Иона, осторожно опуская ладонь на его грудь.
– Я не могу, Иона, ты же знаешь…
– Вейлин, – прошептала она у самых его губ, – выживи.
– Это приказ хозяйки?
– Да.
– Тогда я сделаю все, чтобы его исполнить. – Шершавой подушечкой пальца Вейлин аккуратно стер остатки ее слез.
– Спаси…
Однако слова Ионы были прерваны новым толчком. Вейлин снова поцеловал ее, опаляя каким-то нуждающимся, жгучим огнем отчаянного желания.
Обвив сильными руками ее мягкие бедра, он толкался все сильнее и сильнее. Стоило Ионе простонать его имя, как Вейлин потерял всякое подобие контроля. Он снова гортанно зарычал, а серый цвет его глаз окончательно уступил место золотому.
Иона толкнула его в грудь, побуждая перевернуться. Оказавшись сверху, она начала плавно двигать бедрами, пока горячая спираль внутри закручивалась все сильнее. Из-под полуопущенных век она смотрела на Вейлина и запоминала красоту его тела, присоединяя эти воспоминания к чертам его лица в памяти. Этот мужчина принадлежал ей. И сейчас, чувствуя жар его кожи, слушая его тяжелое дыхание, Иона осознала: она никому не позволит их разлучить. Никогда.
Спустя несколько мгновений мир для нее взорвался от удовольствия. Вейлин глухо застонал и толкнулся в нее снова, наслаждаясь стоном, срывающимся с ее распухших губ. А затем и сам последовал за Ионой.
Они лежали, восстанавливая сбившееся дыхание. Солнце почти ушло за горизонт, заставив вспотевшую кожу Ионы покрыться мурашками. Заметив это, Вейлин накрыл их сверху мехом от второй лежанки. Положив голову на крепкую мужскую грудь, Иона с упоением слушала его дыхание. Подняв руку, она провела кончиками пальцев по узелкам кожаного шнурка, на котором висел медальон. Повинуясь старой привычке, принялась считать узлы, но сбилась на девятнадцатом, когда шнурок исчез за границей его шеи.
