Впрочем, Шубина не интересовал грузовик. Он искал своего напарника. На дороге его не было. Шубин спустился в кювет с другой стороны дороги, прошелся по полю… И наконец нашел того, кого искал. Вернее, то, что осталось от лейтенанта Красной армии Сергея Дозорова. Шубин поднял эти окровавленные останки, отнес метров за сто в степь, нашел небольшой овражек и положил туда тело товарища. Закидал его снегом, комьями мерзлой земли, постоял минуту над этим подобием могилы – и заспешил обратно на дорогу.
Да, ему надо было спешить. Взрыв такой силы наверняка слышали и видели все, кто находился в радиусе десяти‐двенадцати километров отсюда. И сейчас к месту взрыва, скорее всего, уже спешили люди из той же военной автоинспекции или из частей СС. Встречаться с ними не стоило. Следовало как можно быстрее покинуть место недавнего боя.
Но несколько вещей все же следовало сделать до отъезда. Прежде всего – решить, в каком обличье теперь будет продолжать выполнять свое задание капитан Шубин. Форма и документы рядового вермахта Эрнста Бауэра явно не годились. Подумав, разведчик решил, что правильно будет воспользоваться формой и документами военного автоинспектора. Ведь инспектор может остановить любое транспортное средство, а его самого никто не остановит, кроме его собственного начальства. Был, правда, соблазн переодеться в эсэсовскую форму. Но тут крылась опасность. Шубин ничего не знал об устройстве этих отборных немецких частей, не знал звания эсэсовцев, не знал об их порядках. И тут легко было попасться. Итак, пусть будет автоинспектор.
Шубин быстро осмотрел обоих убитых инспекторов. Первого он свалил одним выстрелом в грудь, так что на шинели инспектора имелось только одно отверстие, которое можно было закрыть, например, портупеей. А вот второй был изрешечен пулями. К тому же он был ниже ростом, чем Шубин, а значит, его форма была разведчику мала.
Шубин быстро переоделся, а форму рядового Бауэра вместе с его документами спрятал в сумку, намереваясь позже их выбросить. Он достал из кармана кителя документы убитого инспектора и выяснил, что того звали Людвиг Кауфман. Он был ефрейтором 3-й отдельной части военной автоинспекции, приписанной к 26-й танковой бригаде. Теперь эти данные требовалось запомнить, ибо Шубин будет себя выдавать за этого самого ефрейтора.
Затем он стал вытаскивать на дорогу мотоцикл военных инспекторов. После некоторых усилий это ему удалось. Более того – мотоцикл завелся с первого нажатия стартера. Можно было ехать. Напоследок разведчик прошелся по полю рядом с местом боя, разыскивая свой рюкзак. Там оставались документы майора Генриха Тальберга, с которыми Шубин переходил Дон, там же лежали две гранаты, а главное – там была рация, с помощью которой можно было передать сведения советскому командованию. Шубин не слишком надеялся найти свой вещмешок. Его могло отбросить метров на триста от этого места, могло вообще разорвать на части. Каково же было удивление Глеба, когда он все же нашел вещмешок! И, что еще удивительнее, в нем все осталось на месте – и гранаты, и документы, и рация.
Теперь можно было ехать. Шубин сел за руль, добавил газа – и мотоцикл послушно тронулся с места и покатил на юг. Разведчик взглянул на часы. Было уже почти пять часов утра. С момента взрыва грузовика прошло почти полчаса. Наверняка немцы уже подняли тревогу, и кто-нибудь уже мчался ему навстречу, чтобы узнать, что же случилось. Он прямо-таки кожей чувствовал приближение опасности. «Нет, долго мне так ехать нельзя, – мелькнула в голове разведчика мысль. – Минут пятнадцать, не больше. Потом надо будет прятаться».
Он ехал, не включая фары, как уже привык делать. Благодаря отличному зрению он хорошо видел окружающую местность. И вот Шубин заметил справа от дороги, всего метрах в пятидесяти от нее, небольшой перелесок. Не раздумывая, он свернул туда.
Не успел Шубин доехать до перелеска, остановиться и выключить двигатель, как впереди на дороге показалось пятно света. Оно быстро приближалось, и вот мимо разведчика один за другим проехали три мотоцикла, а за ними следовала еще легковая машина. Вся эта колонна проследовала мимо Шубина и скрылась за поворотом.
«Ого, какими силами они туда выехали! – подумал Шубин. – То есть они поняли, что это не обычное происшествие. Возможно, пара мотоциклов принадлежит частям СС. Серьезно за нас взялись!» А подумав так, он сообразил, что никаких «нас» больше нет – он остался один. Один, с крайне сомнительными документами, без плана дальнейших действий… Весь тщательно продуманный план «возвращения на фронт двух рядовых после ранения» полетел к черту. Не пригодились сведения, которые он так тщательно выспрашивал у водителя Фридриха Зауэра. Надо было придумывать другую легенду.
