Но не успел от так подумать, не успел сделать и шага к пленному, как на повороте дороги вспыхнули фары еще одной машины. Это был грузовик, и шел он со стороны Волгодонска. Но важно было не то, с какой стороны он ехал, а то, что люди в грузовике не спали и все происходящее вокруг отлично видели. Едва фары грузовика осветили сползшую в кювет легковушку, стоящего рядом человека в ватнике, с автоматом в руках, машина остановилась, и на асфальт спрыгнули сразу несколько человек. Шубин чертыхнулся. Предстояло то, чего он хотел избежать: бой на дороге.
О допросе полковника не могло быть и речи. Оставлять его у себя за спиной было нельзя. Поэтому разведчик потратил на полковника всего одну пулю, и тот рухнул на землю. Затем он сам кинулся за легковушку, укрылся за ней и открыл огонь. Одновременно открыли огонь и люди, приехавшие на грузовике. Как сосчитал Шубин, их было пятеро, считая водителя. Действовали они умело, тактически грамотно. Один (скорее всего, офицер) остался возле грузовика, а четверо остальных, разбившись на две пары, спустились в оба кювета, слева и справа от дороги, и двинулись в сторону разведчика, при этом непрерывно ведя огонь. Таким образом они окружали Шубина, брали его в клещи. Ему было трудно отстреливаться сразу от двух групп – учитывая, что и офицер возле машины тоже не сидел без дела, а непрерывно вел огонь. Пули так и свистели над головой Глеба, вонзались в кузов «опеля», разбивали стекла в окнах. Еще несколько минут такого боя – и разведчик обязательно будет убит или ранен и взят в плен.
Такая перспектива капитана не устраивала. Ход боя нужно было менять. Поэтому Шубин выхватил из кармана гранату и метнул ее в сторону группы, наступавшей справа. А когда грянул взрыв, он кинулся туда же, направо, навстречу врагам. На ходу он непрерывно вел огонь по тем двоим, что двигались по этой стороне. При этом дорожное полотно защищало его (особенно если пригнуться) от пуль левой группы фрицев и офицера в машине.
Добежав до убитых врагов, он не остановился, а продолжил бежать, пока не достиг грузовика. Таким образом он вырвался из окружения немцев. Два человека, двигавшиеся по правому кювету, сейчас его не видели, ничего не могли ему сделать. Угрозу представлял только офицер. Сейчас нужно было уничтожить именно его.
Шубин выглянул из кювета. Где офицер? Ответ получил немедленно: над капотом грузовика вспыхнул огонь, прогремел выстрел, и пуля просвистела над головой разведчика. Шубин немедленно ответил очередью из автомата и снова скрылся в кювете.
Враг занял самую правильную позицию. Зайти к офицеру с тылу, обойдя грузовик, застать его врасплох, видимо, не удастся – немец находился начеку. К тому же спустя несколько секунд ему на помощь придут двое солдат. Значит, выход один: надо использовать и вторую из оставшихся у Шубина гранат.
Разведчик достал вторую гранату, переместился немного вперед, ближе к капоту, и, не показываясь над кюветом, метнул гранату в противника.
Прогремел взрыв, и сразу же там, на дороге, вспыхнуло пламя – это загорелся моторный отсек грузовика. «Если этот грузовик тоже везет снаряды, значит, мне сильно не повезло, – успел подумать Шубин. – Скрыться здесь негде, и не успею».
Впрочем, эта мысль была не главной, она прошла по периферии сознания. Главное – надо было покончить с оставшимися двумя немцами. Шубин выскочил на дорогу, обежал вокруг грузовика. И лицом к лицу столкнулся со здоровенным солдатом, который мчался ему навстречу. Стрелять было некогда, и Глеб выхватил кинжал. Немец попытался выбить у него оружие, но Шубин оказался ловчее. Он нанес удар врагу, целясь в сердце, и вновь ударил немца, на сей раз в горло. Кровь хлынула потоком, фриц рухнул на землю.
Но где же последний солдат? Того нигде видно не было. Шубин заглянул на другую сторону грузовика – но врага не было и там. Куда же он делся? Разведчик перевел взгляд на застрявшую в кювете легковушку. Неужели последний, пятый солдат успел добежать до нее?
И тут, словно отвечая на его вопрос, двигатель «опеля» внезапно заработал. Машина дернулась и задним ходом стала выползать на дорогу. «Не дать ему уйти!» – мелькнуло в голове разведчика. Он открыл огонь по легковой машине, целясь в то место, где должен был сидеть водитель. Но немец, как видно, спрятался за панельной доской, и пули пролетали у него над головой. Вихляя, стуча открытыми дверцами, «опель» все же вылез на дорогу, развернулся – и покатил прочь. Спустя минуту он уже скрылся за поворотом дороги. Шубин остался один, на дороге, где продолжал гореть грузовик и лежали трупы.
