– Волков и Зайцев – это легко запомнить, – усмехнулся Шубин. – Ну, и Салманкулов и Беседин тоже. С остальными познакомлюсь позже. Слушайте, разведчики. Объясните остальным, что в разведке нужно делать, а чего ни в коем случае нельзя. Сейчас получим боеприпасы – и вперед. Сержант, там в блиндаже есть ящик с гранатами и обоймами. Возьми кого-нибудь из бойцов, и принесите сюда по две обоймы и по шесть гранат на каждого. А еще продуктовый паек из ящика. Который стоит рядом.
Сержант вызвал Геннадия Волкова – высокого, крепкого парня, – и они принесли боеприпасы и продукты. Бойцы разобрали их по своим вещмешкам. Шубин еще раз оглядел свою группу и произнес:
– Ну, теперь, кажется, все. Я иду первый, остальные за мной гуськом. Сержант, ты будешь замыкающим. Во время движения – никаких разговоров. Чтобы я вообще ни одного звука не слышал! Вперед, шагом марш!
И вереница людей двинулась к Дону.
Шубин взглянул на часы. Было около девяти часов. Сколько им нужно будет пройти вдоль Дона, прежде чем группа свернет к югу и постарается выйти к железной дороге? А это уже зависело от того, где он, Шубин, собирается проводить диверсионную операцию. Двигаясь во главе группы, Глеб старался восстановить в голове карту этого района.
Ближе всего к линии фронта находился поселок Верхнекумский. Провести диверсию там было проще всего. Идти туда было часа два, еще полчаса ушло бы на проведение боевой фазы операции, и снова два часа на возвращение к своим.
Но что бы дал взрыв на станции Верхнекумская? Конечно, он бы затруднил немцам подвоз своих войск и техники к фронту. Но совсем немного затруднил бы. Немецкие войска стали бы проводить выгрузку войск чуть раньше, в поселке Верхний Яблочный. А тем временем немцы восстановили бы дорогу, и подвоз войск до самого фронта возобновился бы. Это была бы помощь нашим войскам, но небольшая.
Совсем другое дело, если устроить диверсию южнее – где-то в Яблочном или в Курмоярской. Вот оттуда доставлять войска к фронту будет далеко. Особенно ударит по боеготовности немецких войск задержка с доставкой боеприпасов. А ведь можно, помимо взрыва на железнодорожной станции, устроить засаду возле трассы, на которой сам Шубин пережил столько приключений, и уничтожить пару немецких колонн. Если еще и автомобильная трасса встанет, войска вермахта будут испытывать затруднения со снабжением. В таких условиях продолжать наступать им будет трудно.
Значит, задача ясна – надо идти до Курмоярской. Это уже не два часа, а все четыре. Значит, они достигнут места к часу ночи, не раньше. Еще нужно время на разведку местности, подходов к станции. И время – на проведение самой операции. Скажем, на это уйдет еще полтора-два часа. Тогда где-то в три ночи можно будет идти обратно. Но не сразу вернуться к своим: где-то в районе Верхнекумского надо будет выйти к трассе и уничтожить хотя бы одну вражескую колонну. И уже тогда возвращаться. Возвращение в этом случае произойдет уже утром. То есть операция займет ровно то время, которое он обещал полковнику Уколову.
Приняв такое решение, Шубин пошел дальше уже быстрее. Планирование операции закончилось, теперь нужно было лишь исполнить задуманное.
Через час группа сделала небольшой привал в камышах. Долго сидеть было нельзя: люди после быстрой ходьбы начинали замерзать, в этом не было ничего хорошего. А сил у бойцов пока было много, поэтому Шубин дал им отдохнуть буквально пять минут, после чего группа снова двинулась в путь.
Так, с небольшими остановками, они шли еще три часа. После этого Шубин решил сделать большой привал. Группа села в камышах, Глеб велел достать галеты и хлеб и поесть. А сержанту Салманкулову был дан приказ отправиться на разведку.
– Иди к железке, – сказал ему Шубин. – Посмотри налево, направо – не видны ли огни станции. Постарайся вернуться скорее.
Сержант в точности выполнил приказ: он вернулся уже спустя двадцать минут.
– Слева ничего не видно, а справа видны какие-то огоньки, – доложил он. – До них примерно два километра.
– Это Курмоярская, – сказал Шубин. – Других населенных пунктов здесь нет. Давай, Рустам, поешь, и мы двинемся в сторону станции.
Он дал сержанту время съесть свои галеты, и группа двинулась дальше. Пройдя два километра, вышли из камышей и направились к станции. Здесь уже нельзя было двигаться быстро; теперь главной задачей разведчиков было остаться незамеченными. Сначала им нужно было пересечь автомобильную трассу. Это было сравнительно просто: в темное время немцы редко пользовались дорогой, и группе надо было только выждать время, когда на дороге никого не будет. Но затем они подошли вплотную к станции, и здесь уже требовалась более основательная разведка, которая готовила бы саму диверсию на станции. В эту разведку Шубин решил идти сам. Тем более у него уже был опыт передвижения по территории, занятой врагом.
