– Если бы было можно, я бы и с сегодняшнего дня участвовал. И даже подскажу, где бы я мог оказаться полезным. Я ведь прошел до расположения наших частей вдоль Дона. Без всяких затруднений прошел – у немцев там никакого оцепления нет. По крайней мере, до Курмоярской оцепления нет. И если бы мне дали взвод, а может, роту, я бы прошел с ней в немецкий тыл и наделал там шороху. Прямо сегодня вечером, как стемнеет, можно было бы отправиться.
В глазах полковника появился интерес.
– Говоришь, глубоко в немецкий тыл можно зайти? – спросил он. – В таком случае я бы тебе и батальон дал. Хотя нет – батальон мне сейчас не дадут с фронта снять. По правде сказать, там сейчас каждый человек нужен. Даже роту не дам. Самое большее, что я могу сейчас тебе дать, это половину взвода – человек пятнадцать. Хорошо, уговорил! Сейчас пойду, распоряжусь, чтобы собрали людей, выдали им полный боекомплект. Оружие только стрелковое будешь брать? Или пулемет все же возьмешь?
Шубин подумал – и покачал головой.
– Нет, пулемет не возьму, – сказал он. – Тяжело все же нести. А тут важна скорость и умение передвигаться незаметно и быстро. Пулемет, если очень потребуется, позаимствуем у немцев. Только, товарищ полковник, у меня есть просьба насчет личного состава. Вы же понимаете, что эта операция будет сродни разведывательному рейду. Значит, и люди мне нужны такие, каких в разведку берут – сильные, выносливые, сообразительные. И нужен хотя бы один толковый сержант. И гранат, гранат побольше!
– Все, что ты перечислил, я тебе обеспечу, – пообещал Уколов. – А еще рацию дам. Пусть у тебя не будет ни орудий, ни минометов, но ведь ты сможешь передать нам координаты немецких целей – и мы нанесем по ним удар.
– Точно! – согласился Шубин. – Конечно, нужна рация. Где мы будем собираться с моим взводом – здесь?
– Нет, соберетесь в том блиндаже возле Верхнекумского, где мы с тобой встретились, – ответил Уколов. – Прямо оттуда и отправитесь на свою операцию. Чтобы собрать взвод из таких солдат, какие тебе нужны, потребуется время. Да еще и сержанта тебе толкового нужно найти… В общем, до вечера буду этим делом заниматься. А ты пока отдыхай. Я тут в штабе скажу, чтобы вечером тебя посадили на попутную машину, которая пойдет к фронту. И в семь часов вечера жду тебя в том блиндаже. Там познакомлю тебя с твоим полувзводом, поставлю задачи и договоримся о взаимодействии. А пока – вон там моя комната. В ней можешь отдохнуть. До вечера!
Полковник ушел, а Шубин прошел в указанную ему комнату, лег на койку – и немедленно заснул. Провалился в сон, прямо как в полынью.
На этот раз он даже не дал своему организму команды проснуться к определенному времени. Решил, что уж к семи вечера он точно успеет выспаться. И, как выяснилось, ошибся. Он досматривал неизвестно какой по счету сон, когда кто-то затряс его за плечо и громко произнес:
– Капитан, вставай, царствие небесное проспишь! Время уже восьмой час, а полковник тебе велел в семь часов быть на КП!
Шубин вскочил, как от выстрела над головой. Над ним стоял адъютант с погонами лейтенанта.
– Неужели уже семь часов есть? – не поверил ему разведчик.
В ответ адъютант продемонстрировал ему свои наручные часы «Победа».
– Видишь: десять минут восьмого. Сейчас в сторону КП грузовик пойдет, если поспешишь, ты на него успеешь. Собирайся скорее!
Собирать Шубину было нечего. Он надел только сегодня полученную гимнастерку (еще даже без погон), натянул ватник, сапоги и выскочил на улицу. На данный момент у него не было ни шинели, ни автомата, ни вещмешка. И часов тоже не было, и документов. Правда, в кармане ватника разведчик нащупал трофейный «вальтер» и две запасные обоймы к нему. И это неплохо!
Возле дома стоял грузовик, в кузове которого сидели человек десять солдат, а в кабине расположился какой-то офицер. Но Шубин и не претендовал на место в кабине. Он запрыгнул в кузов грузовика, уселся на пол и поплотнее запахнул на себе ватник. Машина тут же покатила на запад, к фронту.
Вскоре они были уже на месте. Войдя в блиндаж, где его ждал полковник Уколов, Шубин заметил толпившихся у входа солдат. «А не мои ли это бойцы?» – подумал разведчик и внимательнее пригляделся к ним. Солдат было восемь. Здесь были мужчины лет по тридцать, даже старше. Были и совсем молодые, которым и двадцати лет не исполнилось. Но все они выглядели уже опытными, повоевавшими. Бывалый человек таких отличит сразу: война, участие в боях накладывает на любого человека неизгладимый отпечаток.
Впрочем, долго разглядывать столпившихся солдат у Шубина времени не было. Он шагнул дальше и оказался в основном помещении командного пункта. Здесь за столом сидел полковник Уколов.
