А еще он узнал, что сказанные ему слова, призванные выбить его из колеи, фактически достигли цели.
Испытав на себе двойственность офицерской школы – из тебя хотели сделать мужчину, начисто сломив твой дух, – Александр радовался лишь тому, что не является срочнослужащим, а иначе это было бы еще суровее.
А потом Дмитрий провалился на экзамене в ОКШ.
– Представляешь? Какие же они подонки – после всего этого ада не аттестовать! Что это за дурь? У меня хватило ума написать начальнику письмо. Кто начальник ОКШ, Александр? Видишь это письмо? Мне говорят, что я слишком медленно разряжаю и заряжаю оружие, что я слишком медленно ползаю на животе, как чертова змея, и что в боевых испытаниях я недостаточно спокоен и не проявляю руководящих качеств офицера. Подумай только: мне предлагают получить воинское звание. Ну, если уж я не умею быстро заряжать оружие в качестве офицера, то какой от меня толк как от долбаного рядового?
– Наверное, для офицеров и солдат стандарты разные.
– Конечно! Но для фронтовиков они должны быть жестче! В конце концов, эти парни первые на линии фронта. А меня, значит, выкидывают из программы, согласно которой я должен остаться в тылу, где нанесу наименьший урон, и предлагают бросить меня на передовую! Нет, спасибо. – Дмитрий поднял взгляд на Александра. – Ты получил письмо?
Разумеется, он получил его и был проинформирован о предстоящей аттестации на звание младшего лейтенанта, но подумал, что у Дмитрия нет настроения выслушивать это. Но лгать было непрактично, и Александр сказал правду.
– Александр, это просто глупо. Наши планы летят к черту. Какой будет толк, если ты офицер, а я рядовой? – Дмитрий в сердцах двинул себя по голове. – Придумал! Отличная идея! Осталось только одно – понимаешь?
– Не понимаю.
– Тебе надо отказаться от звания младшего лейтенанта. Скажи им, что ты горд и благодарен, но передумал. Тебя за несколько дней переведут в рядовые, и тогда мы будем вместе в одном подразделении и сможем сбежать, когда появится возможность. – Он ликующе улыбался. – А я на миг подумал, что все пропало и наши планы рухнули.
– Погоди-погоди! – Александр искоса взглянул на Дмитрия. – Дима, к чему ты клонишь?
– Откажись от офицерского звания.
– Зачем мне это?
– Чтобы исполнились наши планы.
– Наши планы не изменились. В должности младшего лейтенанта я буду командовать подразделением, в котором есть сержант, отвечающий за твою группу. Как бы там ни было, мы вместе поедем в Финляндию.
– Да, но какой в этом толк, если мы окажемся в разных подразделениях? Такие были у нас планы, Александр?
– В наши планы входило вместе стать офицерами. Мы ничего не говорили о рядовых.
– Ладно, но наши планы изменились. Надо проявлять гибкость.
– Да. Но если мы оба станем рядовыми, у нас не будет власти.
– Кто говорит о власти? Кому нужна власть? – Дмитрий прищурил глаза. – Тебе?
– Мне не нужна власть, – ответил Александр. – Я хочу помочь тебе и себе. Согласись, если один из нас будет офицером, это даст нам больше вариантов, больше возможностей попасть в нужное место. Если бы мы поменялись местами и я не получил аттестацию, а офицером стал ты, я определенно хотел бы, чтобы ты остался офицером. Ты мог бы многое для нас сделать.
– Да, – медленно произнес Дмитрий, – но я не стал офицером, так?
– Просто не повезло, Дима. Не надо больше об этом думать.
– Вряд ли у меня получится не думать об этом, потому что я для всех как бельмо на глазу. – Александр ничего не ответил, и Дмитрий продолжил: – Лучше бы нам с тобой попасть в один отряд.
– Нет никакой гарантии этого, – сказал Александр. – Тебя пошлют в Карелию, а меня – в Крым… – Александр замолчал.
Это нелепо. Ему никак нельзя отказываться от офицерского звания. Но в выражении глаз Дмитрия, в его опущенных плечах, в его неубедительной усмешке Александр почуял, как начинает трещать по швам их дружба. Тем не менее он продолжал убеждать Дмитрия в том, что все получится.
– Дима, подумай, насколько улучшится твоя жизнь в армии, если у меня будет офицерское звание и я стану помогать тебе на каждом шагу. Хорошая еда. Хорошие сигареты. Хорошая водка. Хорошие назначения. Хорошие девушки. – (Дмитрий смотрел скептически.) – Я твой союзник и друг и смогу поддержать тебя.
Дмитрий продолжал сомневаться.
