А произошло это вот как. Он терпеливо проехал нужную комбинацию этажей вплоть до десятого. Оттуда следовало ехать на пятый, где к нему якобы должна была войти молодая девушка. Миша, не задумываясь, вдавил кнопку с цифрой «5», посмеиваясь над собой и своим внезапным интересом к дурацкой детской страшилке.
«Совсем кукухой поехал», – мелькнуло в голове, отчего Миша захохотал в голос.
Смех его резко оборвался, а улыбка сползла с растерянного лица, когда на пятом этаже в лифт как ни в чем не бывало вошла невысокая брюнетка с длинными волосами, почти закрывавшими лицо, и встала рядом. Миша громко сглотнул комок в горле.
Очевидно, то была не медсестра. Во-первых, одета не в белый халат, а в какой-то цветастый сарафан, который выглядел абсолютно не к месту в больничном лифте. Во-вторых, Миша знал весь медперсонал если не лично, то хотя бы в лицо, и девушку с подобной внешностью точно бы заприметил раньше.
Версию о том, что это родственница кого-то из больных, он даже не рассматривал. Три часа ночи – не самое популярное время для посетителей психлечебницы.
«В одном можно быть уверенным: женщина, зашедшая к вам в лифт на пятом этаже – не человек», – вспомнил он строчку описания ритуала.
Все эти мысли вихрем пронеслись в голове у Миши за доли секунды. Когда он в полной мере осознал, что происходит, ему впервые в жизни стало по-настоящему страшно.
Настолько страшно, что он физически почувствовал, как встают редкие волосы на затылке, а мочевой пузырь вот-вот опорожнится.
Настолько страшно, что в голове сработал некий тумблер. Мозг выключился, передав управление телом первобытным инстинктам. Впоследствии Миша справедливо полагал, что именно это спасло ему не только жизнь, но и рассудок.
Инстинкты сработали безупречно, вытолкнув тело из лифта и не позволив ни обернуться, ни даже снизить скорость до тех пор, пока он не покинул стены лечебницы. Прохладный ночной воздух приятно холодил разгоряченное лицо Миши, по которому бесконечным потоком катились слезы страха и облегчения…
А утром в больнице недосчитались медсестры, что накануне вколола Лифтеру успокоительное. Восстановив картину случившегося постфактум, Миша получил следующее. В то время как он, дрожа всем телом после незабываемой «поездочки» на лифте, курил сигарету за сигаретой в больничном дворе, Фомич вдруг разбушевался в своей палате и разбудил соседей. Вызвали дежурную медсестру, которая и сделала Лифтеру укол. После этого ее никто не видел. Утром сменщица доложила об отсутствии ночной сестры на посту. Телефон пропавшей не отвечал, домой она тоже не возвращалась. Обыскав здание, нашли только верхнюю одежду медсестры, но ее самой нигде не было.
А ведь это он должен был пропасть без вести в ту ночь…
Миша тряхнул головой, прогоняя неприятные воспоминания. Сейчас следовало думать не о себе, а о Леше, который после случая с Лифтером выглядел слегка пришибленным. По окончании их разговора на балконе Миша присматривал за молодым санитаром. Но незадолго до полуночи его вызвали усмирить пациента на одном из верхних этажей, и он упустил Лешу из виду.
На сердце отчего-то было неспокойно. Надо бы пойти разыскать Лешу, а то мало ли что…
***
Леша стоял перед закрытыми дверями грузового лифта, того самого, из которого сегодня выволокли Лифтера.
Тени прятались по углам сумрачного больничного коридора, исполняя беззвучный замысловатый танец, словно марионетки, которых дергал за ниточки неведомый кукловод. Леша чувствовал нервное возбуждение, нечто сродни приятному волнению. Около часа назад он, уединившись, вышел в интернет с телефона и смог подробнее изучить ритуал, о котором упоминал Миша и который несколько раз проворачивал Лифтер. Леша не мог думать ни о чем другом, кроме как о лифте и ритуале, позволявшем, возможно, заглянуть в потусторонний мир. Желание повторить комбинацию этажей и узреть нечто фантастическое, то, что до сегодняшнего дня он и представить себе не мог, захлестнуло его с головой. С трудом дождавшись подходящего момента, Леша незаметно отошел и спустился на первый этаж.
Он усмехнулся при мысли о том, как бы описал его действия Миша, будь он сейчас рядом.
«Кукухой поехал».
Что ж, возможно, старший санитар был бы прав.
Леша машинально провел рукой по перевязанному бинтом предплечью, даже не заметив этого. Сейчас у него имелась только одна цель, и она находилась перед ним, скрытая за двумя тяжелыми створками грузового лифта. Дрожащими пальцами он нажал на кнопку вызова. Лифт приветливо открылся, словно только и ждал команды.
Леша вошел внутрь, и двери с глухим стуком захлопнулись за его спиной.
***
Василий Фомич по прозвищу Лифтер лежал в своей палате, крепко привязанный ремнями к кровати. Вокруг было темно и тихо. Все его соседи по палате спали. Сам Василий лежал без сна, уставившись в потолок своими необычными, разного цвета, глазами. Если бы кто-то увидел его сейчас, то очень удивился бы выражению его лица, обычно каменного и бесстрастного. Но Василий знал, что за ним никто не наблюдает.
Он улыбался в темноту.
I