– Простите, мне… Мне показалось, что… – Я замялся и замолчал.
Официантка отошла, то и дело бросая на меня опасливые взгляды.
Допив кофе, я оставил на столе две купюры и вышел из кафе.
IV
Клоун пожирает меня взглядом.
Кажется, вот-вот он встанет со своего кресла, и тогда…
Нет, не обращай внимания. Даже не смотри в ту сторону. Просто продолжай писать. Это важнее всего.
Это шанс.
Времени не так много. Останавливаться нельзя.
Я смогу, я успею…
Я должен хотя бы попытаться.
Другого выхода все равно нет.
V
После кафе я отправился бродить по городу, тщетно пытаясь успокоить бушующий в голове рой. Казалось, с каждым шагом вихрь мыслей только набирал скорость и увеличивал амплитуду.
Миновав пару узких безымянных улочек, я вышел на небольшую площадь. По ее периметру виднелись пустые террасы кафе, а в самом центре располагалась окруженная людьми сцена. Я подошел ближе.
Мероприятие напоминало обычный городской праздник: невзрачное выступление какого-нибудь детского ансамбля под хрипящую музыку из пыльных колонок, за которым наблюдает пара десятков человек. Но это лишь на первый взгляд.
Сначала меня удивила тишина, царившая на площади. Вокруг было так тихо, словно я находился не в оживленном городе, а в вакууме посреди Великого Нигде. Из колонок не слышалось ни музыки, ни пения. Дети на сцене оживленно водили хоровод, но из всех возможных звуков я различал лишь легкий топот да шелест платьев о деревянный пол.
Я еще не успел толком осмыслить происходящее, когда увидел клоуна. Он бегал по сцене, как сумасшедший, разбрасывая над танцующими конфетти. Работа была неблагодарная – цветастые клочки тут же подхватывал ветер и уносил в сторону. Но клоун не унывал и принимался разбрасывать новые и новые порции цветной бумаги.
В происходящем на сцене было что-то странное, неправильное. Плавные перемещения клоуна все больше контрастировали с движениями детей. Их ритм то и дело сбивался, поступь становилась дерганой – сначала едва заметно, затем все сильнее. Танец превратился в гротескную пародию, будто его исполняли не живые люди, а марионетки, которых дергали за ниточки.
Я повернул голову в сторону немногочисленных зрителей. Те наблюдали за происходящим молча и совершенно неподвижно. Больше всего они напоминали кукол, одетых по случаю и оставленных здесь в качестве декорации. Кажется, никто из них ни разу не моргнул.
VI
Вернувшись домой, я первым делом направился к себе в кабинет. Хотелось посмотреть на куклу еще раз и сравнить ее с виденным мною реальным клоуном.
Захлопнув дверь, я остановился перед креслом. Протянутая рука так и застыла в воздухе.
На красном костюме клоуна блестели и переливались несколько зацепившихся за ткань конфетти.
VII
Находиться в четырех стенах рядом со странной куклой (
Блуждания среди тысяч и тысяч книг немного привели меня в норму. В голове прояснилось, в размышления вернулась доля рациональности. «Наверняка все можно объяснить», – думал я, просматривая книги.
В библиотеку я заходил частенько и хорошо знал расположение стеллажей. Чаще всего интересующие меня книги находились в подвале. Туда я и направился. Подвальный этаж не пользовался популярностью среди других посетителей. Отсутствие окон, а также столов со стульями, где можно почитать или поработать, заставляло большинство возвращаться наверх сразу же, как только они находили искомую книгу. Мне подвал импонировал по тем же причинам – тусклый электрический свет создавал нужное настроение, изломанные тени в полумраке стеллажей добавляли нотки сюрреализма, а возможность остаться один на один с книгами я ценил гораздо выше, чем другие посетители.
К сожалению, сегодня мое уединение было нарушено. Я как раз взял с полки томик Хайдеггера, когда услышал шаги за спиной. Кто-то вошел в подвал и остановился у входа. Я находился у дальней стены и не мог видеть вошедшего. Судя по звукам, он, потоптавшись у двери, скользнул за стеллажи. Несмотря на тишину, мягкие шаги незнакомца были едва слышны.
Свернув с одного ряда в другой, гость постепенно приближался ко мне. Я задержал дыхание. Чувство неясной тревоги наполнило сердце. Отчего-то мне совсем не хотелось встречаться с неизвестным посетителем. Пригнувшись, я силился рассмотреть его сквозь многочисленные книжные полки, но разглядел лишь нечеткий силуэт.
Силуэт был красным.
Послышалось сдавленное хихиканье. На смену тревоге пришел острый страх, который, будто кинжалом, подтачивал уголки моей души. Инстинкты требовали бежать как можно быстрее и дальше отсюда.
Внезапно все стихло. Шаги, шорохи, смех – все разом ушло. Я так и стоял за стеллажами с бешено колотящимся сердцем. Лишь по прошествии добрых пяти минут я решился выглянуть из своего убежища и пройтись вдоль длинных рядов с книгами.
В подвале, кроме меня, никого не было.
Я с облегчением выдохнул. Тут до меня дошло, что моя вспотевшая ладонь по-прежнему сжимает томик Хайдеггера. Опустив взгляд, я инстинктивно отбросил книгу от себя.
Как такое могло случиться? Как?!