Андрею явно не хотелось как-то называть мой поступок, или он просто не находил подходящих слов от неловкости и стыда. Но при этом его лицо выражало настолько жгучее любопытство, что я невольно стушевалась и отвернулась.
– Не хочу это обсуждать, – пролепетала я неожиданно слабым голосом.
– Повернись и отвечай! Я же тебе ответил! – настаивал Андрей. – Я сказал, повернись!
– Не хочу, отстань! – отворачивалась я, закрывая лицо свободной рукой.
Андрей с силой схватил меня за эту руку и жестко вывернул ее. Раздался резкий хруст. Мы оба замерли.
– Это что такое хрустнуло? – испуганно пробормотал Андрей. – Твоя кисть? Чего молчишь? Тебе больно?
Я медленно подняла другую руку, показала ему сломавшуюся в пылу борьбы веточку и покатилась со смеху. Андрей ошарашенно поглядел и тоже расхохотался. Мы смеялись несколько минут, согнувшись пополам и хватаясь друг за друга, а когда успокоились, то, не сговариваясь, молча побрели в сторону лагеря и время от времени продолжали посмеиваться, искоса поглядывая друг на друга. Перед выходом из леса на поляну я повернулась к Андрею и, взглянув на его футболку, вспомнила о белой лошади, которая так меня поразила.
– Откуда у тебя эта футболка? – как будто бы ненароком спросила я. – Ты ее раньше не надевал.
– От верблюда! – усмехнулся Андрей.
– От верблюда или от знакомой лошадки? – неуверенно пошутила я.
Андрей снисходительно улыбнулся.
– Болеешь за ЦСКА? – продолжала приставать я.
– Разве я похож на футбольного болельщика? – иронично поинтересовался Андрей. – Плохо же ты обо мне думаешь!
– Я очень люблю лошадей, – задумчиво проговорила я и, протянув руку, кончиками пальцев коснулась грустной лошадиной морды, изображенной у него на груди.
И тут Андрей повел себя очень странно: он вдруг схватил мою ладонь и с силой прижал ее к своей груди, так что я даже почувствовала, как гулко бьется его сердце, и страшно смутилась.
– Пусти! – взволнованно прошептала я, неловко пытаясь высвободить ладонь.
Андрей не отпускал, а потом вдруг с какой-то злостью оттолкнул мою руку и резким хриплым голосом произнес:
– И все-таки ты полная дура!
– А ты хам и эгоист! – выпалила я и, не оборачиваясь, помчалась вприпрыжку в сторону лагеря.
Андрей не побежал догонять и вернулся в лагерь намного позже меня.
А ночью нас с Жанкой, Васей и его приятелем назначили дежурить на территории, и мы покорно поплелись служить, одевшись в дождевики и вооружившись фонариками. Ночь выдалась теплая и прекрасная, с россыпями разноцветных звезд и искристыми хвостами комет, растворяющихся на лету в темной таинственной глубине бездонного неба. Тишина стояла такая, что было слышно, как по озерной глади скользят водомерки. Вася пребывал в прекрасном расположении духа: одной рукой он по-хозяйски обнимал Жанку за талию, другой вдохновенно жестикулировал, рассказывая какую-то очередную невероятную историю. Но Жанка оборвала его на полуслове и, нетерпеливо крутнувшись, сбросила его руку.
– Мальчики – налево, девочки – направо! – деловито и безапелляционно заявила она.
– Чего это? – растерялся Вася.
– Нам с Юлькой есть что обсудить! А вы, ребята, покурите где-нибудь! – небрежно отмахнулась Жанка.
– Мы не курим! – гордо объявил Вася. – И предпочитаем женское общество!
– Иди уже! – со смехом подтолкнула его Жанка.
И мальчишки, перебрасываясь шуточками, медленно зашагали прочь.
Жанка подхватила меня под руку и склонилась к моему лицу, мягко щекоча мне шею своими кудрями. Ее зеленые глаза сияли во тьме, будто у кошки.
– Хочешь, расскажу тебе, что было, что будет и чем сердце успокоится? – горячо зашептала она, весело блеснув улыбкой.
– Давай, – охотно согласилась я. – С удовольствием съем твою лапшу, а то скоро ноги протяну на местной пище!
– Тогда слушай внимательно. Нас, конечно, плохо кормят, но это не повод, чтобы за столом поедать Андрюшу глазами! Да-да, не удивляйся! От меня ничего не утаишь! И учти: твой Ромео не так прост, как тебе кажется! Он у нас любит людей за ниточки дергать. Только мы-то давно его раскусили, а тут на сцене появляешься ты – скромненькая, негордая и чересчур жалостливая! Пожалела Андрюшу, да? На то и расчет! А он почуял, в чем дело, и вцепился в тебя мертвой хваткой! Погоди, еще немного – и побежишь за ним, как собачка, а потом будешь слезы лить ему на радость!
– Что-то я тебя не пойму, – напряглась я. – Какие ниточки? Какие слезы? Ты мелодрам насмотрелась? Или новый роман прочитала?
– Все ты поняла, не прикидывайся! – уверенно отчеканила Жанка. – Не пытайся меня сбить этим своим взглядом обиженной козы! Не ожидала, что ты настолько глупа, чтобы втрескаться по уши в Андрюшу!
– С какой стати ты меня обвиняешь? – вспыхнула я. – Кто втрескался-то? Я еще даже не успела разобраться, что он за человек! Андрей – это сплошная головоломка! Он говорит одно, думает другое, а делает третье! И ненавидит подчиняться! А тебе не нравится, что он тебя не слушается, вот ты и сочиняешь небылицы!
– Это я-то сочиняю? – возмущенно воскликнула Жанка.
