На протяжении всего осьмнадцатого века Англия преследует только одну цель – нажива. Благородным английским лордам вдруг захотелось жить на широкую ногу: красиво одеваться, употреблять в пищу вкусные кушанья и окружать себя дорогими вещами. Именно по этой причине корабли Адмиралтейства бороздят морские просторы от Канады до Австралии, пытаясь обнаружить неведомые земли, из которых можно было бы выжать еще больше золота, чая, пряностей и рабов. При этом взято за правило не считаться с интересами самих жителей колоний. Морить голодом бенгальских ткачей[220] или расстреливать бостонских граждан[221] – вполне привычное, само собой разумеющееся дело, за которое никто не несет ответственности.
Вопрос в том, чего вы боитесь более всего. А более всего вы боитесь, что какая-нибудь нация найдет иной путь сообщения с Индией и промыслит способ доставлять в Европу чай и хлопок, отличный от пути вокруг мыса Доброй Надежды. Долгое время такой нацией была Турция, и война России с Оттоманской империей была вам выгодна, потому что делала слабее вашего торгового противника. Британское Адмиралтейство любезно согласилось продать несколько кораблей, ставших частью русской эскадры; по протекции лорда Сандвича Эльфинстон и Грейг поступили на русскую службу. Но теперь, когда Россия побеждает, вы боитесь, что мы, русские, можем начать торговать с Индией через Персию и Кавказ, Египет и Красное море. Вот зачем вы в Венеции, Тейлор. Вот зачем вы как бы со стороны наблюдаете за сей авантюрой. Вы ищете свою выгоду, присматриваетесь, пытаетесь понять, стоит ли вам садиться за ломберный стол.
И вот мой вам совет: не лезьте в это дело. Это не та игра, в которой нужно участвовать. Это история крови и слез, а не история легких денег и веселых наслаждений. Однажды сунувшись в магометанский мир, вы увязнете в кровавой каше, и ваши потомки будут расхлебывать эту кашу на протяжении столетий. Магометане – не покорные бенгальцы, не американцы, которых можно задушить налогами и спать спокойно. Это народ, который нельзя победить. Они уйдут в горы, в пустыни, спрячутся под землю, а потом вылезут и поотрезают головы вашим красным мундирам[222]. Если вы по-настоящему желаете победы – сотрудничайте с нами. Дружите с Россией. Будьте нашими союзниками не на словах, а на деле. И Россия будет верна вам, потому что более всего в России ценят искреннюю, честную дружбу. Если же вы будете смотреть на нас свысока, будете относиться к нам, как к дикарям, варварам, вы не получите ничего, кроме презрения, гнева и мятежа, со стороны остального мира, который вы почему-то именуете нецивилизованным.
– Вы очень умный человек, – сказал Тейлор. – Вы ловкий дипломат, умеющий оборачивать невыгодную позицию на переговорах к полной своей победе. Мне нравится сие. Но вы не понимаете, как устроен английский ум. Нам всегда нужен задаток, нечто, что мы можем получить, прежде, чем мы сами поделимся чем-то.
– Какой же задаток вы хотите на этот раз? Карту Эмина?
– Нет, зачем, в этой карте уже нет никакого толку. Турецкие крепости разрушены, флот сожжен… Тем не менее, в вашем московском архиве хранятся некоторые документы, принадлежащие британской короне, документы, которые я хотел бы получить. Среди них есть несколько писем, принадлежащих перу моего отца, скончавшегося два года тому назад. Это никчемные заметки путешествующего врача, в них нет никакой дипломатической ценности; тем не менее, они нужны мне, в память о моем родителе. Дав честное дворянское слово вернуть эти письма мне, вы дадите мне, таким образом, повод помочь вам, и, конечно же, я расскажу всё, что знаю о судьбе юнкера Мухина, которая вас так беспокоит…
Какой-то генерал сказал, кажется, что милосердие на войне – это слабоумие, ибо суть войны в жестокости[223]; тот, кто начнет сентиментальничать, неизбежно проиграет войну. Этой жестокости, как правило, не признают в столицах, где даже с началом войны жизнь продолжается своим чередом: горят сотни свечей, галантные кавалеры всё так же приветствуют поклонами прекрасных дам, музыка, вина, вкусные кушанья и прочие наслаждения только увеличиваются, ибо увеличивается число поводов к веселью. И только когда вы сталкиваетесь с войной лицом к лицу,
