– Да, вы все должны умереть. Но смерть – это не больно. Нет! Это жизнь причиняет боль, а не смерть! Вот смотрите! Я срываю вас, но вы все даете семена, и эти семена благодаря ветру улетают на другие луга, там попадают в землю, прорастают и превращаются в цветы.
Вдруг Сигурд умолк, и в его глазах появилось удивление. Он повернулся к Тельме, которая присела на землю на небольшом пригорке на берегу ручья.
– Скажите мне, госпожа, – спросил он, – а цветы попадают на небеса?
Девушка улыбнулась.
– Думаю, да, дорогой Сигурд, – ответила она. – Надеюсь, что так! Я почти уверена, что именно так и происходит.
Сигурд с удовлетворенным видом кивнул.
– Это правильно, – сказал он. – Неправильно было бы оставлять их здесь, знаете ли! Иначе мы, люди, скучали бы по ним, и нам приходилось бы спускаться обратно на землю, чтобы набирать еще и еще и брать с собой туда, наверх… – Вдруг где-то неподалеку хрустнула ветка, и Сигурд насторожился. Он огляделся вокруг и испустил странный горловой крик, похожий на крик дикого животного, а затем воскликнул: – Шпионы, шпионы! Ха, ха! Типы со злобными лицами, которые боятся, что мы их увидим! Выходите! Госпожа, госпожа! Заставьте их выйти!
Тельма встала, удивленная словами и жестикуляцией карлика, и подошла к нему. И вдруг, к своему изумлению, увидела неподалеку старую Ловису Элсланд, преподобного мистера Дайсуорси и его служанку, Ульрику. Лица обеих женщин одновременно выражали странную смесь эмоций – страха и злобного торжества. Первой молчание нарушила Ловиса.
– Наконец-то! – тягуче прокаркала она. – Наконец-то, Тельма Гулдмар, Господь доставил тебя в мои руки!
Тельма притянула поближе к себе Сигурда и обняла его одной рукой.
– Бедная, бедная! – негромко произнесла девушка и без всякого испуга жалостливо посмотрела на иссохшую злобную физиономию старой ведьмы. – Вы, должно быть, устали, зайдя так далеко в холмы! Если вы ее подруга, – добавила Тельма, обращаясь к Ульрике, – почему вы не заставите ее побольше отдыхать дома? Она ведь такая старая и слабая!
– Я – слабая! – взвизгнула Ловиса. – Слабая! – казалось, она вот-вот задохнется о душившей ее злобы. – Если бы я сжала пальцы на твоем горле, ты бы увидела, какая я слабая! Я…
Тут Ульрика взяла Ловису под руку и прошептала ей на ухо что-то, от чего та, казалось, немного успокоилась.
– Ну что ж, тогда говори ты! Я могу подождать!
Ульрика прокашлялась и устремила свои оловянные глаза на сияющую совершенной красотой Тельму.
– Вы должны уйти, – кратко объявила она ледяным тоном. – Ты и твой отец, и это существо тоже. – Ульрика с презрением указала на Сигурда, который с любопытством разглядывал ее, Ловису и мистера Дайсуорси. – Ты поняла? Вы должны покинуть Альтен-фьорд. Люди устали от вас – от плохих урожаев, невезения, болезней и бедности, из которой им никак не удается выбраться. Вы – причина всех наших несчастий. И мы решили, что вы не должны оставаться среди нас. Уходите и забирайте с собой все ваши злые чары – и чтоб духу вашего здесь не было! Убирайтесь! Или вы не…
– Или мы вас сожжем, сожжем, сожжем, разрушим все! – перебила Ульрику Ловиса с жуткими, взвизгивающими интонациями. – Дом и все постройки из сосновых бревен, принадлежащие Олафу Гулдмару, сгорят в огне, и пламя, обращающее их в пепел, озарит багровым светом холмы и здесь, и даже далеко отсюда! Ни одной дощечки целой не останется! Все сгорит без остатка…
– Стойте! – спокойно произнесла Тельма. – Что вы имеете в виду? Вы обе, должно быть, либо сошли с ума, либо ослеплены злобой! Вы хотите, чтобы мы с отцом ушли из этих мест, и грозите в противном случае сжечь наш дом – но почему? Мы не причинили вам никого вреда. Скажите же мне, в чем дело, несчастная душа! – Девушка устремила взгляд своих прекрасных глаз на Ловису. – Может быть, это из-за Бритты? Вы хотите сжечь дом, в котором она живет? Но это же глупо! Недавно, придя к нам, вы ругали и проклинали меня – за что? Что я такого сделала, что вы так меня ненавидите?
Старуха устремила на Тельму свирепый взгляд.
– Ты дочь своей матери! – заявила она. – Я ненавидела ее и ненавижу тебя! Ты ведьма! Это весь поселок знает. И мистеру Дайсуорси это известно! Мистер Дайсуорси говорит, что Бог оправдает нас, если мы обрушим на вас свою ярость! На злые дела нужно отвечать злом и только злом!
– Тогда пусть зло обратится на мистера Дайсуорси, – спокойно сказала Тельма. – Он сам – зло, и вдвойне – по той причине, что подстрекает вас на злые поступки. Он невежественный и лицемерный человек – почему вы ему верите?
– Он святой, святой! – дико завопила Ловиса. – Неужели же дочь сатаны устоит перед его мощью?
Старуха возбужденно и радостно захлопала в ладоши, словно находилась в каком-то подобии злобного экстаза.
Тельма с жалостью поглядела на нее и улыбнулась.
