Минуло одиннадцать часов вечера, когда все наконец угомонились и отправились отдыхать в хижину, но и к этому моменту Сигурд не вернулся. Солнце сияло по-прежнему ярко, но в маленьком строении не было окон, так что свет попадал внутрь лишь через дверь, которую оставили широко открытой. Усталые путешественники легли на расстеленные на земле пледы и одеяла и, жизнерадостно пожелав друг другу спокойной ночи, вскоре заснули. Один лишь Эррингтон какое-то время лежал без сна и ворочался, слушая шум водопада. Но наконец и его веки стали тяжелеть, затем сомкнулись, и он тоже погрузился в сон, хотя и чуткий.
Между тем великолепное солнце стало царственно клониться к горизонту, и небо окрасилось в цвет лепестков дикой розы. С приближением полуночи этот оттенок с каждой минутой становился все ярче и интенсивнее. В ветвях сосен таинственно зашелестел ночной ветерок. Потом он стал постепенно усиливаться, сердясь и посвистывая, и даже пытался составить конкуренцию шуму низвергающейся в пропасть воды. Ветер тонко завывал, проникая во все щели грубо сколоченной хижины, в которой ночевали путешественники, словно жаловался на что-то или хотел о чем-то предупредить. Сэр Филип внезапно проснулся, словно от прикосновения невидимой руки. Малиновый свет, проникающий в хижину через распахнутую дверь, на мгновение ослепил еще прищуренные глаза Эррингтона, и тому спросонья показалось, что в лесу возник пожар. Он хотел было поднять тревогу, но затем вспомнил, где находится. Поняв, что такой яркий свет должен означать, что на небе, скорее всего, ни облачка, он отбросил одеяло, встал и вышел наружу.
Какая же неземная, невозможная красота открылась его взгляду! Он с трудом подавил восхищенный вопль и замер в благоговейном молчании. Огромный водопад больше не казался громадным облаком белой пены – он сверкал рубиновым светом, словно могучий волшебник, которому надоели его несметные сокровища, гигантскими пригоршнями швырял драгоценные камни в бурный поток. Снизу от подножия водопада поднимался малиновый туман, словно отсвет пламени, приобретая все более интенсивный красный цвет, но в некоторых местах в нем образовывались оливково-зеленые островки с золотистой каймой. Тучи брызг, вздымающиеся над скалами и валунами, испускали свет опалового оттенка. Весь небосвод от западной до восточной части был одного густого розового цвета, будто полупрозрачное атласное покрывало. Солнца не было видно – оно спряталось за близлежащими горами, но его лучи все же поглаживали высящиеся вдали каменные пики, на которых кое-где лежали сверкающие снежные шапки.
Весь окружающий пейзаж разительно изменился. Высокие деревья, раскачиваемые сильным ветром, громко шумели листвой, отражая на своих стволах и кронах все оттенки окружающего великолепия цветов. Серые валуны теперь казались огромными слитками золота или горами бриллиантов. На противоположной стороне пропасти, в которую низвергался водопад, в щелях между скалами трепетали на ветру густые заросли дикого вереска, словно зеленое, не опасное пламя. Если бы Эррингтон в этот момент увидел ведьм, танцующих на прогалинах между вересковыми кустами, стайку девушек-эльфов или оборотней, перескакивающих с одной скалы на другую, либо поющих хором сладкоголосых водяных нимф, он ничему бы не удивился и ничто не воспринял как галлюцинацию. Окружающий его пейзаж как нельзя лучше соответствовал бы такому необычному зрелищу.
«Мне обязательно нужно разбудить Лоримера, – подумал сэр Филип. – Нельзя, чтобы он пропустил такое».
Филип чуть сдвинулся в сторону, чтобы лучше рассмотреть водопад. Вдруг он заметил маленькое черное пятнышко, которое быстро и неуклонно двигалось вдоль верхней кромки гребня скального выступа. Эррингтон с удивлением потер глаза. Неужели это Сигурд? Понаблюдав еще несколько мгновений, он испустил громкий крик – пятнышко задержалось в самой верхней точке скалы, там, откуда он сам еще совсем недавно чуть не упал. Теперь фигурка человека отчетливо черно рисовалась на фоне малинового неба. Человечек стоял, выпрямившись, и отчаянно размахивал руками. Да, ошибки быть не могло – это Сигурд!
Не колеблясь более ни секунды, Эррингтон бросился в хижину и, подняв тревогу, разбудил остальных. Его короткого объяснения оказалось достаточно – все участники компании бросились к тому месту, откуда Филип видел карлика. Сигурд все еще находился в очень опасном положении. Он приплясывал на самом краю каменного козырька. Старый Гулдмар побледнел.
– Да защитят его боги! – пробормотал он себе в бороду. После этого он принялся решительно карабкаться наверх, двигаясь к цели длинными, быстрыми шагами. Молодые люди последовали за ним. Каждый из них горел желанием спасти Сигурда. Каждый изо всех сил старался добраться до того места, где находится несчастный карлик, быстрее остальных, чтобы подозвать его к себе или оттащить от пропасти. Все успели преодолеть примерно половину расстояния, отделявшего их от Сигурда, когда шум водопада прорезал отчаянный крик, заставивший всех на мгновение остановиться.
