Когда музыка стихает, в темноте слышен голос по радио: «Сегодня, второго мая, фашистский гарнизон Берлина прекратил сопротивление и сдался. В городе еще орудуют террористические группы эсэсовцев. Продолжаются ожесточенные бои западнее и северо-западнее Берлина. Военный комендант Берлина генерал-полковник Берзарин приказывает военным комендантам районов города немедленно обеспечить порядок и безопасность, наладить продовольственное снабжение голодающего населения Берлина и сбор оружия…» Кабинет районного военного коменданта Парамонова разместился в комнате, где следы былой роскоши смешались с предметами фронтового быта. На стене над старинным креслом у письменного стола с причудливой инкрустацией висит листок с наскоро выведенной надписью на русском и немецком языках: «Военный комендант района». Рядом — карта Берлина и окрестностей. Раннее утро. Склонившись над столом, П а р а м о н о в неумело, то и дело сбиваясь, откидывает костяшки на конторских счетах. К о с т е н к о сочувственно смотрит на неудачные попытки комбата.
П а р а м о н о в (досадливо тряхнув счетами). То двести шестнадцать получается, то сто шесть.
К о с т е н к о. Чего?
П а р а м о н о в. Мешков муки.
К о с т е н к о. Муку, товарищ капитан, проще путем четырех правил арифметики подсчитывать.
П а р а м о н о в (берет счеты). Нет, я это проклятое оружие освою!
К о с т е н к о (хмуро). Дожили! Кругом Берлина еще наши хлопцы с фашистами бьются, а я, як тот завхоз, молоко больницам вожу.
П а р а м о н о в (взял карандаш). Сколько бидонов доставили?
К о с т е н к о (почесывая затылок). Чи девять, чи десять…
П а р а м о н о в. Расписку взял?
К о с т е н к о. Не пришлось, товарищ капитан… (Уловив недовольный взгляд комбата.) Поскольку перед самой больницей от этих… вольфов отстреливался. Вольф по-ихнему волк, да?
П а р а м о н о в. Вервольф — это, скорее оборотень.
К о с т е н к о. Наименование подходящее… Будут приказания?
П а р а м о н о в. Пока отдыхайте.
К о с т е н к о. Тогда разрешите… на перевязку.
П а р а м о н о в. Идите… (Выразительно.) На перевязку.
К о с т е н к о (отведя взгляд). Понятно.
П а р а м о н о в (лукаво). Дважды в день ходите, а перевязка позавчерашняя.
К о с т е н к о (его поразили слова Парамонова). Так надо ж ту фрау найти! Или хоть дывчинку! В подвале их след давно простыл… Пошукаю там, где кашевары немцам борщ раздают. (Идет к двери.)
П а р а м о н о в. Возвращайтесь с чистой перевязкой. Слышите?
К о с т е н к о (вздохнул). Слушаюсь, товарищ капитан. (Уходит.)
Парамонов открывает ящик стола, вынимает портрет Ленина, рассматривает. Слышится рокот остановившегося автомобиля.
Входит Л е л я.
Л е л я. Ваше приказание выполнено.
П а р а м о н о в. Заявки при вас рассмотрели?
Л е л я. Одежду для освобожденных из концлагерей дадут. А вот с артистами у коменданта города нехватка. Майор, что артистами заведует, сказал мне: «Насчет бригады и не заикайтесь!»
П а р а м о н о в. Заикнемся. Сам поеду. (Тепло.) В госпиталь завернули? К Грушину.
Л е л я (смутилась). Я у библиотеки останавливалась. Увижу женщину или девочку — спрашиваю. (Кивнув на рисунок в руках капитана.) Не они. (После паузы.) У входа немцы, товарищ капитан, собираются. Гражданские.
П а р а м о н о в. Ровно в восемь начну принимать. Вы уж, Леля, как следует вникайте: ежели дело важное — немедленно ко мне… Ну а вопрос ясен — сами решайте…
Л е л я. Никогда я этим не занималась, товарищ, комбат.
П а р а м о н о в. И я никогда, Леля, не занимался одеждой. А видите, занимаюсь… Да, оружие у немцев пусть принимают два человека. Чтобы никаких очередей.
Леля уходит.
