– Просто посиди рядом со мной. Я расскажу тебе свой сон. Я сначала почти четверо суток не спал, не мог – желудок болел и голова, – я измучился, потом пришел наш друг, мы покурили, и я вдруг заснул. И спал ещё трое суток, не мог проснуться. Я все слышал, как тут люди ходят, как говорят, даже понимал, кто говорит и о чем. Но я был заперт внутри, не мог открыть глаза, пошевелить рукой или ногой, я кричал внутри себя, звал на помощь, но губы мои были сомкнуты и не издали ни звука. Кажется, это называется сонный паралич. Но про него пишут, что он короткий и только при пробуждении, а у меня он был трое суток! Я думал, что, может, у меня инсульт или ещё какое-то повреждение мозга случилось. Как будто я потерял разом контроль над всем телом, как в автомобиле, когда ты управлял машиной, сидя за рулем, и вдруг переместился на заднее сиденье, а за рулем никого нет, но машина продолжает ехать. Я даже подумал, что умер. Я видел, как лежит моё тело на диване, как жена уходит на учебу, потом возвращается, как она злится, что я сплю. Как она пытается в гневе меня растолкать, а моё тело только мычит что-то невнятное. Как она обзывает меня поганым наркоманом и алкоголиком, доводит себя до истерики, собирает вещи и уходит. Я слышу, как хлопает входная дверь, и думаю, что мне теперь некому вызвать «Скорую» или как-то ещё помочь. Я смиряюсь с тем, что остался совершенно один умирать. И сначала мне было так страшно, я так громко кричал внутри себя, я звал маму. Потом вспомнил, что, когда в детстве мама не приходила на мой крик, потому что была вечно слишком занята, я звал сестру. Я подумал о Даше. Мысли унесли меня в прошлое, в маленький домик в военном городке, где мы жили с мамой и папой, в котором нас с ней оставляли на весь день одних. Мне было почти пять лет, а ей, значит, три с небольшим, и мы с ней подрались. Я поцарапал ей шею до крови, она сначала плакала, а потом я предложил ей замазать ранки зеленкой, и пока я мазал, она успокоилась и заснула, а я подумал, что она умерла. И я тряс её, тряс, а она не просыпалась. И я так сильно плакал, мне так было тогда страшно, что я больше не мог оставаться дома и побежал навстречу родителям, которые должны были уже возвращаться домой с работы. И я действительно встретил их и весь в слезах закричал маме, что я Дашу убил. Мама бросилась домой, её лицо было белым-белым, и папа тоже был весь белым, он схватил меня на руки и помчался за мамой. Но когда мы подбежали к крыльцу, Дашка открыла нам дверь как ни в чем не бывало, сонная и вся в зеленке. И родители так звонко смеялись и обнимали нас и подкидывали на руках высоко-высоко в небо! Я так захотел еще хоть разок увидеть папу и сестру и, конечно, маму. Я стал молиться своими словами, хотя я не умею, ни разу до этого не молился, потому что никогда не верил ни во что. А потом я увидел Бога, который был прекрасен, как луч зари в ночном небе! Он сказал, что если я буду верить в него, то мне все будет возможно. Что я смогу чудеса творить, только в них надо очень сильно верить. И много ещё всякого говорил. А потом я проснулся наконец. Но проснулся не один. С того раза у меня в голове появился ещё кто-то, он постоянно спорит со мной, ругает всех, орет и визжит, как будто его там режут, очень злобный, очень нервный. Он, правда, то приходит, то уходит, но я его не контролирую и не могу заставить замолчать. Я боюсь его.
