Через две недели, в начале апреля армия принца Генриха нанесла неожиданный удар по австрийцам, возглавляемым фельдмаршалом Ласси[3] под Ауссигом[4]. Битва была страшной и продолжалась до самого вечера. Значительную часть сил наступавших составляли саксонцы, и армия курфюршества была просто обескровлена. Принц Прусский был великолепным полководцем и всё-таки переиграл Ласси. Имперская армия потерпела сокрушительное поражение. Из более чем сорокатысячного войска спаслось не более пяти тысяч деморализованных солдат и офицеров.
Сам Ласси, как и многие тысячи австрийцев, попал в плен. Разгром его армии был полным. Но и пруссаки заплатили за него очень дорого. Двенадцать тысяч убитых, среди которых оказался и сам принц Генрих — он лично повёл в решающую атаку своих солдат. Пусть Пруссия и получила значительное преимущество, но потеря оказалась для Фридриха огромной личной трагедией.
Старый Фриц долго плакал над телом брата, с которым он постоянно ссорился, но именно он оставался его ближайшим другом и единомышленником. После этого король повёл свою армию в решительное наступление. Иосиф, не приняв боя, отошёл к Праге, почти вся Богемия и Моравия оказались под властью Пруссии. Фридрих, не получив возможности немедленно отомстить, начал угасать, здоровье его серьёзно пошатнулось, кровь ему теперь пускали ежедневно.
К тому же северные провинции Габсбургов были разорены в результате войны и не могли пока дать Пруссии даже достойного пропитания. Люди уходили из этих земель тысячам, впрочем, из Силезии крестьяне тоже бежали, задавленные поборами и конфискациями. Всё снабжение прусской армии держалось на русских караванах, впрочем, и австрийцы этой проблемы не избежали.
Поставки осуществлялись уже в креди́т, ибо средства у противников заканчивались. Даже Франция начала давить на Австрию, требуя скорее заключить мир с Пруссией. Но Иосиф не был готов сдаться, считая себя достойным наследником в военном деле самого́ Фридриха, а старый Фриц не мог отказаться от жертвы своего брата. Началась осада Праги.
⁂⁂⁂⁂⁂⁂
Между тем мы теряли свои торговые корабли от действий военно-морских флотов воюющих сторон в Атлантике. Сперва англичане, а потом и французы с испанцами начали блокировать торговлю своих противников. В текущей войне мы были скорее на стороне французов, но и остановить торговлю с англичанами было откровенно глупо.
Мы даже не пытались транспортировать на своих судах оружие и боеприпасы, роль перевозчиков таких грузов приняли на себя голландцы, неплохо зарабатывая на этом, но и неся все риски быть пойманными с военной контрабандой. Но и перевозки невоенных грузов начали флотами соперничающих государств пресекаться. Наши корабли захватывались и отводились в порты воюющих сторон. Основную роль здесь играли англичане, которые просто сорвались с цепи, будто бы специально охотясь за моими торговцами.
Требовалось принять меры, и они были приняты. В августе мы опубликовали совместное с союзными Данией и Польшей решение о создании «Лиги вооружённого нейтралитета». Конвенция предусматривала возможность нейтральных стран свободно торговать невоенными грузами со всеми воюющими сторонами. Это право мы готовы были отстаивать силой оружия. Соглашение было открытым, и нему почти сразу же присоединилась Швеция, и что удивительно для внешних наблюдателей — Турция.
Турки неплохо зарабатывали на Средиземноморской торговле — многие христианские жители Османской империи лихо возили русские товары и лишаться доходов совсем не желали. После небольшой паузы в Лигу вошли даже воющие Пруссия и Австрия — купцы жили своей жизнью. А вот дожидаться, когда в соглашение вступит Голландия, англичане не стали — напали первыми.
К такой войне в Европе не готовился никто. Британцы просто решили, что терять им уже нечего и собрались вынести с игрового поля ещё одного соперника. К тому же их к этому подвигло опасение, что после присоединения к Лиге, Республика Соединённых провинций получит нашу помощь и окажется не столь беззащитна.
Голландцы серьёзно насолили Англии, возя контрабанду в бунтующие колонии, и транспортируя наше оружие и порох по Европе, а главное — покровительствуя каперству в Индийском океане и Карибском море. Особенно досаждала правительству Норта ситуация в Индии. План Орлова развернулся там с таким размахом, что даже сам автор не ожидал подобного. Мало того что торговлю Ост-Индской Компании удалось полностью парализовать, так ещё и заработки были просто потрясающие — за первый же год затраты инвесторов окупились.
Каперы рыскали вокруг центров английской торговли и сделали так, что коммерческие суда англичан теперь делились на две категории — захваченные и вставшие на мёртвый якорь в гаванях. Только занятость противников позволяла англичанам удерживать свои индийские завоевания.
