После размышлений об одиночестве и тревог, связанных с грандиозным и неудавшимся замыслом, двадцатитрехлетняя Лоранс вновь почувствовала себя женщиной и жаждала любви; ее изысканный ум предстал во всем блеске; она была прелестна. В проявлениях нежности она была столь же непосредственна, как пятнадцатилетнее дитя. Последние тринадцать лет только страдания напоминали графине о том, что она – женщина, и теперь она желала себя за это вознаградить; Лоранс стала столь же ласковой и кокетливой, сколь раньше была решительной и сильной. Чета дʼОтсер и аббат с сестрой, которые задержались в гостиной дольше всех, были смущены этой переменой в поведении прелестной графини. На какие крайности может толкнуть страсть девицу с нравом пылким и благородным, как у Лоранс? Близнецы де Симёз были влюблены в одну и ту же женщину, и их чувство было слепо. Кого изберет Лоранс? И, предпочтя одного, не погубит ли она другого? Последняя в роду, Лоранс принесет мужу титул, завидные привилегии и славное имя; что, если, приняв в расчет все эти преимущества, маркиз де Симёз пожертвует собой и устроит так, чтобы она вышла замуж за его брата, который по давно установленному закону не получает ни наследства, ни титула? Но захочет ли младший брат лишить старшего столь огромного счастья – быть мужем Лоранс? Со стороны могло показаться, что эта любовная драма не таит в себе угрозы. Пока жизнь братьев была полна опасностей, все могла решить случайная пуля. Но что будет теперь, когда Лоранс рядом? Мари-Поль и Поль-Мари как раз достигли возраста, когда страсть властвует над мужчиной безраздельно; как будут они делить между собой взгляды, улыбки, знаки внимания и речи кузины, не проснется ли в них ревность, последствия которой могут быть ужасны? Смогут ли они, две половинки одного целого, по-прежнему любить и понимать друг друга? На все эти предположения, высказанные собеседниками во время последней карточной партии, мадам дʼОтсер отвечала, что Лоранс, вероятно, не выйдет замуж ни за старшего кузена, ни за младшего. То было одно из необъяснимых предчувствий, которые составляют тайну между матерями и Господом. Лоранс трепетала, оказавшись с кузенами тет-а-тет. На смену связанным с заговором треволнениям, опасностям, которым подвергались братья, несчастьям, преследовавшим их в эмиграции, пришла беда, о которой она прежде не могла и помыслить. Эта благородная девушка не могла отказать обоим де Симёзам – это было бы слишком жестоко – и была слишком честна, чтобы пойти к алтарю с одним из них, тая в груди непреодолимую страсть к другому. Не выходить ни за того, ни за другого, утомить кузенов собственной нерешительностью и наконец взять в мужья того, кто останется верен ей, несмотря на все ее капризы, – такое решение напрашивалось само собой. Засыпая, Лоранс сказала себе, что разумнее будет отдаться на волю Случая: в любви он часто становится для женщины добрым гением…
