– Девушки бывают очень переменчивыми и сами не понимают, что хотят на самом деле. Ее нужно подтолкнуть к правильному решению. Хотя эта девушка, мне кажется, во всем имеет собственное мнение, с ней будет трудно договориться. В особенности после ваших любовных драм.
– О, это точно. Эта девушка… – протянул Демьян, открывая окно и вглядываясь в ночное небо. Где она? Все ли с ней в порядке? – А у Яги были?
– Спрашиваешь! Конечно, были, это первое место, которое мы проверили. Чуть не попались, в лесу теперь практически возле каждого дерева светлый маг.
– Где же ее носит? – отрешенно спросил Власов, задавая вопрос не Алексею, а скорее самому себе.
– Ты мог бы помочь нам в поисках, – сказал Алексей, обнимая и целуя в плечо длинноволосую ведьму с русыми волосами, только что примкнувшую к темным. Он каждый раз выбирал один и тот же типаж женщин.
– Я не знаю, где она.
– И что? Не хочешь узнать?
Демьян одним махом осушил бокал, расстегивая верхние пуговицы рубашки.
– Больше всего на свете хочу.
За две недели жизни с ягинями я узнала несколько любопытных фактов. Во-первых, во время приготовления снадобий нужно обязательно распускать волосы. Женская энергия, заключенная в них, усиливала эффект приготовленного зелья. Во-вторых, многие живущие здесь ведьмы тоже приехали на обучение к ягиням. Есения, с которой мне приходилось делить избушку, – ведьма-отшельница. Она не принадлежала ни к одному сообществу, проживая в небольшом доме вдали от людей, наедине с природой. Ну и в-третьих, я практиковалась до седьмого пота, но за все время практически не добилась никакого прогресса. Что удивляло и сбивало с толку, ведь раньше магия охотно подчинялась мне. Видимо, усилий было все-таки недостаточно для той силы, которая пробудилась во мне.
– Плохо, – слышала я в очередной раз. Ягиня ударила меня по ногам костяной клюкой. – Ты зачем сюда пришла, раз не хочешь учиться?
Сжав зубы, я направила всю силу в сторону ведьмы. Слабый огонь вырвался из ладоней. Это был всего лишь отблеск той силы, которая текла по венам. Огонь тонкой змейкой обвил старуху, но не причинил вреда.
– Это все? – усмехнулась она, взмахом руки потушив еле заметное пламя.
Мы занимались уже второй час, и ноги отказывались меня держать. Я опустилась на землю и постаралась восстановить дыхание.
Яга подошла ближе и снова ударила меня клюкой.
– Я спрашиваю тебя, это все? Все, на что ты способна? Ты слабачка, даже время тратить на тебя не хочу.
Хлопнув рукой по песку, я резко встала.
– Твои родители бросили тебя, твой любимый человек предал. Ты сидишь здесь и жалеешь себя, не давая возможности вырваться дару, бушующему внутри. Может, стоит пожалеть тебя, погладить по головке, такую бедную одинокую девочку?
– Нет! – закричала я, поднимая руки, из которых мощным потоком вырвались скелеты. Пламя, летящее во все стороны, охватило горный выступ, на котором мы стояли. Языки пламени щекотали руки, но не оставляли ожогов. Огонь не ранил меня.
Ягиня с хищной улыбкой посмотрела на меня:
– Вот теперь давай учиться.
Поздно вечером я, довольная и усталая, вернулась в поселение. Или, вернее сказать, приползла. Старшая ягиня еще долго заставляла меня вызывать навье пламя и мертвецов. А затем и то и другое вместе. Под конец я просто упала на колени, но огонь вызвать смогла, несмотря на бессилие.
– Ты выглядишь так, как будто тушила горящую избу, – сморщила нос Есения, когда я завалилась в избушку. – И пахнешь не лучше.
Не отвечая, я на полусогнутых ногах подошла к столу, где в железной миске была вода.
– Это из горной реки, можешь пить, – пожала плечами Есения, увидев мой голодный, хищный взгляд.
Схватив миску, я принялась жадно, большими глотками поглощать воду. Она стекала по подбородку и капала на дощатый пол.
– Спасибо, – тяжело дыша, сказала я и поставила миску обратно.
– Не перестаешь удивлять, Кощеева, – протянула Есения.
– О чем ты?
– Пьешь так же ненасытно, как и сам Кощей. Может, у тебя уже и заяц имеется?
– Какой заяц? – усмехнулась я, чувствуя, как силы постепенно возвращаются.
– В которого утку, яйцо и иглу спрятать можно. А затем и в ларец все положить, там и смерть твоя будет.
– Ты меня с кем-то путаешь. Я Алиса Кощеева, а не Кощей Бессмертный, я таким не занимаюсь.
– И все-таки, тебе не интересно, откуда твое бессмертие?
– От дара Бессмертного.
– А у него откуда? – не отставала Есения.
– Откуда я могу это знать? – разозлилась я. – Еще полгода назад я понятия не имела, что во мне скрыта сила древнего рода. А уж о таких тонкостях я точно не думала.
– А стоило бы, – загадочно протянула Есения, накидывая на плечи кружевную черную шаль. – Иди искупайся, от тебя гарью несет, как от трубочиста. Хотя нет, подожди. Я пойду с тобой.
Прихватив полотенца, мы с Есенией вышли из дома на улицу, которая в вечернее время ожила. Толпы смеющихся ведьм ходили по поселению, зажигались костры, и звучали песни. Баня в это время тоже была переполнена.
