Лес сменился мшаным болотом. Среди чернильных омутов змеились тропки в зеленоватом свечении гнилушек. Александр остановился под ветками невысокой осины, печально склонившейся к земле. Ее вывороченные корни цеплялись за влажный дерн, но разраставшееся болото безжалостно выдергивало из-под дерева комья земли. В ночной тишине был слышен звонкий шелест его листьев.
– Дерево шумит, – нахмурился Александр, поглаживая некогда светлую кору.
Ребята переглянулись. Мстислав вслушался и стал разматывать цепь. От его ладони к острому наконечнику пробежал синий разряд, впитавшийся в мокрую траву с шипением. Смеяна вопросительно посмотрела на друга.
– Ветра нет, – объяснил парень шепотом.
Над трясиной раздавались лишь шуршание осины и тяжелое чавканье плотной жижы, выпускавшей из своих недр газ. Болотные огоньки, за которыми ловчий с учеником наблюдали ночью, замерли в воздухе. Глядя на зеленовато-синие шарики, Смеяна ощутила, как нехорошее предчувствие завладевает ею. Хотелось отойти от странного места. Стянув негнущимися пальцами с левого запястья медный закрученный браслет, девушка перевесила его на правую руку. Волнение немного отступило. С левой стороны промелькнул быстрый хвост чужого намерения. Смеяна хотела предупредить об этом ловчего, но не успела. Мужчина сделал шаг вперед, и зловещие огоньки одновременно упали в зияющие под ними окна. Вспыхнувшая стена огня отрезала путь вперед. Бушующее пламя взвилось вверх в два человеческих роста и разбежалось в стороны.
Костя ловкой подсечкой сбил с ног подругу и, встав перед ней, направил скрюченные когтями пальцы в спины охотников, напряженно застывших перед огненной стеной. Смеяна подобрала под себя ноги и оперлась ладонями о мягкую землю. Ночь взорвалась многоголосым визгливым смехом. Вдруг кочка под рукой девушки опала внутрь, и из открывшейся норы, вспарывая ткань куртки, ей в локоть вцепились четыре тонкие осклизлые лапы с длинными когтями.
Кикимора пулей сорвалась с места. Света луны пока хватало, чтобы нестись за ней во весь опор, не опасаясь рухнуть в яму или овраг. Плища ужом просочилась меж разлапистых веток черемухи, кусты которой темнели неприступной стеной. С шипением я полезла за ней. Казалось, кикимора совсем забыла про разницу в наших размерах. Наш путь был полон препятствий: я проползала под кустами, перепрыгивала овражки, перебегала ручей, скатывалась по крутому боку лощины. Ноги начали мучительно ныть. Вырвавшись на большую открытую поляну, я, тяжело дыша, остановилась и уперлась ладонями в колени. Когда дыхание восстановилось и перед глазами перестали бегать черные мушки, я вдруг с ужасом осознала, что дожидаться меня Плища не стала.
Я ощутила себя болезненно беззащитной, стоя в одиночестве на открытом месте. Вокруг царила темнота, казавшаяся живой, злой и бесконечной. На луну наползали тучи. Разливавшееся по прогалине голубовато-серебристое сияние таяло на глазах. Тьма подбиралась ближе. В голове раздался трусливый шепоток. Скрип дерева заставил меня подпрыгнуть на месте и испуганно обернуться.
– Ну чаво встряла? – громко окликнула меня кикимора, возникшая словно из ниоткуда у меня под ногами.
– Выведи меня из леса, – прошептала я, с диким ужасом озираясь по сторонам.
Нечисть с удивлением уставилась на меня. Ее острые уши постоянно подергивались, улавливая малейшую опасность. Она цепко, но нежно взялась за мою ладонь.
– Опустись-ка, – мягко попросила она и попыталась дружелюбно улыбнуться.
От такого оскала меня передернуло, и я чуть не заскулила. Однако сейчас я как никогда нуждалась в поддержке и успокоении. Всхлипнув, я опустилась на колени и доверчиво подалась чуть вперед… В этот момент сильная оплеуха заставила меня шлепнуться на спину. Голова взорвалась вспышкой острой боли.
– Что за черт? Ты сдурела?! – взвизгнула я, притронувшись к пульсировавшей челюсти. Перед глазами медленно прояснялось.
– Попустило?
Я непонимающе уставилась на нее. Сквозь пелену проступил отголосок накатившего на меня ужаса. Оглядев лес, я пыталась понять, что могло нагнать на меня такой жути. Никто не подкрадывался и не скалился на меня из темноты, явно ощутимое ранее чужое присутствие исчезло.
– Это Гнетуха распрялась, вон и зацепила тебя неспокойством. Знамо, рядышком мы уже. Тут тишком пойдем.
Кикимора бесшумно ступила на хорошо вытоптанную тропинку. Пощелкивая зубами, меж которых сновал темный, пробующий воздух на слух язык, шумно втягивая в себя воздух, она трогала лапой землю перед собой. Мы еще не дошли до начала топей, как раскаленной спицей в затылок воткнулось ощущение опасности. Не мешкая ни секунды, я решительно схватила Плищу, рванула вперед, запрыгнула за ствол дерева и упала на кикимору сверху, прикрывая собой. В это мгновение нам в след прилетела серебряная сеть. Прошелестев звеньями мимо нашего укрытия, она упала в траву и возмущенно зазвенела. За ней просвистел и воткнулся рядом в землю огромный охотничий нож.
