Смеяна раз за разом пыталась прощупать хозяев, но натыкалась на мощный отпор, выстроенный сильными эмоциями. Константин Викторович был очень зол на нас, на фельдшера, на жену и на сложившуюся ситуацию в целом. Супругу его мы почти не видели. Она спускалась из своей комнаты пару раз в день и была молчалива и апатична. Пообщаться с ней не было никакой возможности: стоило только обратиться к женщине, как Константин Викторович набрасывался на нас, приказывая оставить жену в покое. Фотографии со стены, кстати, снял он. Проснувшись после первой ночи здесь, я поделилась увиденным с Костей и Смеяной. Они подтвердили источник, оставивший такой мощный энергетический след. Тайны все плотнее окружали нас.
Темной лошадкой был и фельдшер: приходил, расспрашивал Александра, хватался за сердце, бледнел, заикался, а потом резко на середине разговора уходил. Такое поведение казалось мне странным. Пару раз я замечала, как он порывался что-то сказать. Никто больше не обращал на это внимания, и когда я поделилась этим наблюдением с ловчим, тот лишь пожал плечами.
– Ну естественно он переживает. Он-то понимает больше своих соседей, но сам сделать ничего не может, вот и бегает к нам. Как бы ты повела себя в подобной ситуации?
Если подумать, то я и так в подобной ситуации. Знаний и умений у меня мало. Хожу след в след за товарищами, стараясь не путаться под ногами. Мстислав сдержал свое обещание и уделял пару часов в день занятиям по моей физической подготовке. После первой тренировки к нам присоединились остальные. Пару раз с нами занимался Александр, и тогда я в полной мере осознала, что у всех ловчих не в порядке с головой.
Однажды во время тренировки на облюбованной нами полянке, укрытой со всех сторон высокими кустами орешника, Александр объявил, что мы будем уворачиваться от снарядов. Мне сразу вспомнилось, как в детстве мы устраивали зимнюю войну с ребятней с соседних районов, выстраивали крепости и без жалости «расстреливали» противника снежными комьями под общий визг, смех и веселье. Но здесь все было иначе. Сначала Александр закидывал нас послушными ему комьями земли: в полете они могли изменять направление и безжалостно настигать цель. Только Мстиславу удавалось уворачиваться от всех бросков. После короткого перерыва Александр с довольной улыбкой объявил, что сейчас начнется самое интересное. Действительно, настоящее веселье только начиналось: ловчий начал метать в нас ножи. От маленьких складных до вполне себе приличных тесаков. Я узнала даже пару ножей с кухни. После первого обстрела он собрал раскиданные по поляне клинки и половину из них отдал Мстиславу. Теперь приходилось уворачиваться от опасности с двух сторон.
Мне прилетело рукояткой по спине дважды. Косте распороло правую руку и лопатку. Смеяна припадала на левую ногу: ей достался сильный удар обухом под колено. Услышав о перерыве, мы рухнули на мягкую траву, стараясь успокоить бешеное сердцебиение. Побегать пришлось изрядно, и у меня сильно кололо в подреберье. Не знаю, где и при каких обстоятельствах должно открываться второе дыхание, но мне оно было явно не доступно.
– Плохо, – подождав, пока целительница окажет помощь, резюмировал Александр. – Очень плохо. Никакой собранности. Только от Кости я заметил командную работу.
– Но ведь мы не знали, что оцениваться будет командная работа, – тряхнула волосами Смеяна. – Мы не привычные к таким испытаниям. – Красные пятна на щеках подруги свидетельствовали о состоянии крайнего возмущения. Такой я ее еще не видела. – Оставьте свои варварские методы! Я целитель, а не мишень!
– Девочка, ты под моим началом. И сейчас я даю тебе выбор: либо ты выполняешь все, что я требую, каким бы сумасшедшим или варварским тебе это ни казалось, либо отказываешься и все время проводишь взаперти в доме, пока мы не распутаем это дрянное дело и я не верну вас всех в целости и сохранности в Мшистый лог.
Он по очереди посмотрел в глаза нам всем, показывая, что ответа ждет не только от целительницы. Мстислав вскинулся что-то сказать, но ловчий прервал его, подняв руку.
В полной тишине мы просидели минут десять. Мне сейчас выбирать не приходилось: я уже согласилась на все условия, когда выпросила разрешение ехать на практику, потому я просто опустила глаза, признавая его правоту.
– Если возражений никаких нет, то занятие с вами закончит Мстислав, – не дождавшись ответа, Александр повернулся и покинул поляну будто бестелесный дух, не задев ни одной ветки.
В таком режиме прошло еще два дня – обход села на рассвете, зарядка, работа с книгами, тренировка с ловчим, продумывание и реализация нового плана. Теперь старший гонял нас не только по физической подготовке. Он всерьез вознамерился заставить нас заучить заговоры на все случаи жизни. За полчаса общения с ним я узнавала столько, что голова начинала болеть от объема информации, но я честно старалась все запомнить.
