Вот это было очень странно. Когда умирал хранитель места, на его место приходил следующий. В этом была своя гармония. Нарушить этот баланс могло только какое-то вмешательство – сильное колдовство, проклятие, либо другое осквернение территории. Здешний лес мы проверили на любые возмущения, и он был чист, но, может, мы не то искали?
– Не знаю, отчего так, девица. Я-то тоже ожидал лешачонка нового. Все ходил на Ясную поляну к высокому холму, угощеньице приносил, значит. А никто так и не объявился, – болотник махнул зеленой рукой. – Маловато нас тут осталось, чтоб за порядком следить. Ведьма разве еще жила на отшибе. Только о ней я тоже с тех же пор, как леший пропал, не слыхал.
– Расскажи о ней, – велел Мстислав.
– Хм, жила она значит там, – он указал в сторону, противоположную той, откуда мы пришли. – Животинку лечила, травы собирала, людям помогала чем могла, к нам на поклон приходила с добром всегда. Красивая такая была, высокая, темноволосая, глаза, как два родника бездонных, а фигура… Сзади засмотришься, спереди залюбуешься. Уж сколько раз предлагал я ей хозяйкой моей стать. Все ей сулил, веришь ли? Лишь смеялась надо мной. – Он попытался возмущенно вскочить, но цепь тут же затянулась сильнее. Недовольно зашипев на ловчего, водяной опять скрестил ноги и спрятал их под подолом рубахи. Русалки подплыли ближе к своему владыке и замерли, безмолвно разевая рты. Хозяин повернулся к ним и прислушался.
– Вот значит как. Девочки мои говорят, что в ночь, когда огонь пожирал лес, он и ее дом забрал. Ведьма же выжила и позже Даню нашла, – он кивнул на ближайшую к нему деву. – Та пустоголовая да влюбленная была. Накрутила себя, что милый на другой решил жениться. Ведьма и подбила ее в болото нырнуть. Мол пойдешь в полночь в рубахе нижней с венком чертополоха на голове, прочтешь заклятье по бумажке, окунешься с головой в бочаг и друг твой только тебя любить всю жизнь будет. Девка и нырнула. Только схитрить решила: не в трясину, а в озеро мое полезла. Так и попала в услужение ко мне. А спустя седмицу ведьма пришла. Молнии из глаз так и сыпались. Грозилась, руками махала, воду взбаламутила, всю рыбу перепугала, а я глядел на нее и тужил. Куда только красота вся подевалась? Лицо как из сосновой коры вырублено, спина горбом выгнулась. Отдай, говорит, мне утопленницу. Да какого рожна? Ну и прогнал я ее. Поднапрягся, но погнал. Не такая уж она мастерица была. Не как ты, колдун. С тех пор больше не слыхал и не видал ее.
Мстислав подошел вплотную к воднику и стал медленно сматывать цепь. Кажется, разговор был окончен и парень узнал все, что ему нужно.
– Вот спасибо, колдун. Честный ты парень, добрый. А ты, девица, коль в любви его разочаруешься – приходи, вылечим тебя от хандры.
Я внимательно посмотрела на «исцеленных», по пояс стоявших в воде. Две пары пустых бесцветных глаз взирали с бледных лиц на своего владыку. Распущенные волосы саваном укрывали костлявые плечи, прикрывая грудь и живот. Губы темнели застоявшейся кровью, обнажая острые зубы. Сомнительное удовольствие. Сально подмигнув мне, их хозяин дернулся, стремясь скорее освободиться.
– Не так быстро, – Слава посмотрел в рыбьи глаза водяному, подтягивая его к себе и сжимая последнюю петлю из железа в кулаке. – Имя твое.
– Зычкун…
Вешая цепь на пояс, парень отошел от трясущегося существа и подал мне руку. Мы покинули лесное озеро не оглядываясь. Обратный путь проделали быстро – друг легко запоминал дороги, по которым ему хоть раз пришлось пройти. Когда торфяники остались позади, Мстислав свернул с дороги и, поплутав немного в пролеске, выбрал небольшую полянку. Собрав дров для костра, он быстро запалил огонек, стащил с себя мокрую футболку и уселся на траву. Я продрогла до костей в мокрой одежке. Вытянув босые ноги к огню (обувь мою смыло в озеро, и выпрашивать ее у старика я не горела желанием), я прокручивала в голове рассказ водяного.
– Слав, а почему он так испугался, когда ты спросил его имя?
– Зная истинное имя нечисти, я могу призвать его в любое время, и он не сможет не откликнуться на зов.
– А он мог обмануть тебя?
– Обычно они так и поступают. Потому не верь никогда сразу, – парень ухмыльнулся, смотря на меня снизу вверх. – Но он знал, насколько я силен, потому не соврал. Я бы почувствовал.
Я понимала, что парень хочет покрасоваться передо мной, и шутя толкнула его кулаком в плечо, чтобы не зазнавался. Однако, вспомнив его властный облик перед водяным, я осознала реальное могущество друга.
– Что скажешь насчет рассказанной им истории?
– Дано: пропавший леший и ведьма, подбившая девчонку на смерть, – лицо Мстислава вновь стало серьезным. – Думаю, надо узнать, что за деревня там, и прогуляться, поспрашивать у местных.
– Водяной говорил про пожар. Не могли ли соседи, обозлившись на ведьму, поджечь ее дом, а оттуда огонь распространился дальше, захватив и часть леса?
– Возможно. По реакции людей и будет видно их отношение, если они вообще захотят с нами разговаривать.
– Возьмем Смеяну. Она кого угодно разговорит да и сможет почувствовать эмоции.
