– Лет шесть вроде, – Мстислав повернул ко мне лицо, и я увидела глубокие горькие складки около уголков рта. Захотелось провести по ним пальцем и разгладить их. – Потом, заметив следы крови, в спаленку влетел мой старший брат Волад с таким ужасом на лице, что мне даже не по себе стало. Он перевернул всю мебель в комнате, пока наконец не обнаружил меня, спрятавшегося за завесу, схватил в охапку и спустился вниз к семье. Все сразу засуетились. Я сидел на кухонном столе весь зареванный, в крови, перьях и грязи, старался держаться, храбрился, а как мама обняла, так все им и высказал: о страхах, об обидах, что смеялись надо мной, и о петухе злосчастном.
– И они тебя успокоили?
– Высмеяли и объяснили, почему нельзя все в себе держать и как плохие мысли и страхи разрушают нас изнутри. Самое главное, они напомнили, для чего нужны близкие люди и какую поддержку и заботу они могут оказать. Когда мы позволяем им увидеть свои уязвимые стороны, это создает особую эмоциональную связь, с помощью которой мы можем принять и пережить угнетающие нас чувства. Эти чувства дают нам важные сигналы, которые призваны помочь справляться с трудностями, принимать решения, узнавать себя и устанавливать связь с окружающим миром, потому никогда нельзя пытаться «закопать» их в себе поглубже, – друг придвинулся ближе и наши лица оказались на одном уровне. – Скажи мне, ты злишься на Александра?
– Да…
– Потому что он не предупредил тебя?
– Потому что он использовал меня! Ты хоть представляешь, что я там испытала? Да я чуть с ума не сошла! А он, представь, только расстроился, что зацепок новых нет! И еще Косте сказал не трогать меня, будто я просто истеричная девчонка.
– Прям так и сказал? – приподнял бровь парень.
Я замолкла, пытаясь припомнить.
– Ну, возможно, не совсем так…
– Расскажи мне, что там произошло, – мягко попросил он.
– Мы спустились в подвал. Там было очень темно. Я шла за Александром, а потом он отпустил мою руку. Я попыталась ощутить особенности пространства вокруг и вдруг почувствовала себя другой девушкой, той, что сидела в этом страшном подвале. Я чувствовала ее боль, страх, отчаяние, настороженность. Когда ведьма спустилась вниз, – я гулко сглотнула, переживая вновь этот ужасный момент, и слезы вновь заструились по щекам, – я знала, что она делает. Она вытягивает жизнь у этой девушки. У меня. Это было жутко, кошмарно, противоестественно. Сначала у меня онемели и отнялись ноги, затем холод поднялся выше… Я думала, что умру вместе с ней!
Слава нахмурился, но не прерывал меня.
– Я никогда не испытывала такого ужаса… Александр даже ухом не повел, понимаешь?
– Не ты ли кивала головой, когда ловчий объявил, что мы все должны исполнять его указания? – Глухо произнес парень.
Я кивнула, вытирая слезы.
– Назвался груздем – полезай в кузов. Мы все несем ответственность за свои поступки. И если ты не была готова, что от тебя что-то потребуют, надо было сразу возразить Александру.
– И просидела бы взаперти в доме, – тихо пробубнила я.
– Да, просидела бы. Это не увеселительная прогулка вокруг Лога. Мы пока не понимаем что тут творится.
Ком в груди растаял, осталась лишь легкая грусть.
– Я не мог оставить тебя плакать в одиночестве. Александр взвалил на тебя это переживание по двум причинам. Во-первых, женщины тоньше чувствуют вибрации мироздания. Он не смог бы ощутить и четверти, того, что испытала ты. Во-вторых, ты уже показала себя отличным следопытом: вспомни про следы от фотографий и про запах, который повлиял только на тебя. Благодаря этому ловчий уничтожил всю негативную энергию, которая там скопилась. Ты же помнишь про гиблые места?
Я кивнула. Гиблые места – это аномалии, вызванные природными или магическими изменениями. Они начинаются с небольшого клочка, разрастаются, захватывая все большие территории, и подпитываются эмоциями попавшихся в ловушку людей. В таких местах начинают сходить с ума компасы, перестает работать техника. Люди, проведя в таком месте какое-то время, слышат странные звуки и даже могут видеть призраков. Жители окрестностей болеют, приобретают психические расстройства, становясь донорами для растущей черни. Может, именно поэтому деревня начала вымирать. Подумав, я по-другому посмотрела на тактику ловчего. Истребление такой мерзости имело свою цену.
– Мстислав, спасибо тебе.
Он мазнул сухими губами по моей щеке, поднялся и подал руку, помогая встать.
Ведьма черная ходила, травы собирала,
Умыкала бы детей, да репей ей был важней
Закат окрасил небо в нежнейший розовый цвет. Перистые персиковые облака живописно обрамляли небосвод. К вечеру дождь прекратился, и мы вынесли на улицу стол, установив его прямо на размокшую землю с прибитыми к земле листьями клубники. Такая мелочь, как порча чужой грядки, абсолютно не волновала ловчего. Смеяна пообещала, что потом обязательно напитает затоптанные травы силой и их состояние будет лучше прежнего. В стылом свежем воздухе уже чувствовался дух приближавшейся осени. Сладчайший аромат яблок плыл по селу, играя с резвящимися ветрами и щекоча нос.
