Темный карнавал полностью

– Здрасьте! – крикнул Рэдни. – Там Одд Мартин напевает какой-то мотив!

– Какой еще мотив? – спросил Симпсон.

– Вот такой, – сказал Рэдни и напел.

– Святые младенцы! – воскликнул Симпсон. – Так вот почему мисс Уэлдон не пришла сегодня делать свои маникюры! Это же свадебный марш!

Рэдни побежал дальше. Светопреставление какое-то!

Крики, гогот, хлюпы и всплески воды. В задней комнате парикмахерской пар перемешался с потом. Работали слаженно, по очереди. Сначала мистер Симпсон опрокинул на Одда Мартина (сидящего в ванне из оцинкованной жести) ведро горячей воды. Затем мистер Трамбулл простучал бледную спину Одда большой бородатой щеткой на палке. Потом старик Гилпатрик вылил на него с пол-литра сливочного мыла, которое пенилось, пузырилось и воняло чем-то сладким. Параллельно Шорти Филлипс периодически наносил по Одду точечные удары из флакона с одеколоном. Было весело, все бегали в пару и поскальзывались.

– А ну, плесни-ка сюда еще!

– Эй, потрите его вот этой щеткой! – И очередная щетка скрежетала Одду по позвоночнику.

– А я всегда говорил, что тебе надо жениться, Одд! – громко и со смехом приговаривал мистер Симпсон.

– Поздравляю! – выкрикнул кто-то и с размаху окатил Одда с самых лопаток кувшином ледяной воды. – Будешь теперь благоухать!

При этом Одд Мартин даже не вздрогнул – так и сидел, сдувая с ладошки пену.

– Спасибо вам огромное, спасибо за вашу помощь… – говорил он, – спасибо, что так меня отдраили. Спасибо – право, это очень кстати…

– Ну, ты же знаешь, Одд, нам для тебя ничего не жалко… – отвечал Симпсон, прикрывая рукой растянутый в улыбке рот.

В глубине парикмахерской, за стеной пара, послышался чей-то громкий шепот:

– Ты только представь… как они там… вдвоем… э-э-э… женятся… ха-ха… идиотка женится на кретине… нет, ну ты подумай…

– А ну-ка, заткнитесь, вы там! – нахмурился Симпсон.

Вбежал Рэдни.

– Вот зеленое платье, мистер Одд!

Через час Одд был усажен в парикмахерское кресло. Кто-то одолжил ему новую пару черных ботинок. Мистер Трамбулл, весело подмигивая, начистил их до полного блеска. А мистер Симпсон сделал Одду стрижку – и отказался брать за это деньги.

– Не надо денег, Одд. Это подарок тебе на свадьбу. Да-да, сэр. – Он сплюнул – и капнул Одду на макушку розовой водой. – Чтоб лунный свет и розы![55]

Одд Мартин обвел всех взглядом.

– Могу я попросить вас никому не рассказывать о нашем браке… до завтра? – сказал он. – Да, мы с мисс Уэлдон собираемся пожениться, но мы не хотим, чтобы над нами потешался весь город. Хорошо?

– О чем речь, Одд, – сказал Симпсон, снимая с него салфетку. – Никому ни слова. Могила! А где вы собираетесь жить? Купите ферму?

– Ферму? – Одд поднялся с кресла.

Кто-то одолжил ему совершенно новый, очень красивый кожаный плащ, еще кто-то отгладил для него брюки. Он выглядел элегантно.

– Да, я присмотрел недвижимость. Цена приличная, но оно того стоит. Да, стоит. Пойдем, Рэдни. – Он остановился у двери. – Я купил дом на окраине города. Мне надо прямо сейчас пойти и заплатить за него.

Симпсон остановил его.

– Но как тебе это удалось? У тебя ведь не так уж и много денег.

– Домик небольшой, – сказал Одд, – но вполне подходящий. Какие-то люди построили его некоторое время назад, а потом уехали куда-то на восток. Он был выставлен на продажу всего за пятьсот, и я его купил. Мы с мисс Уэлдон переедем в него прямо сегодня, после свадьбы. Но об этом никто не должен знать! Не говорите никому, до завтра. Пожалуйста.

– Конечно, Одд. Конечно.

После этого Одд вместе с Рэдни исчез в свете четырех часов дня, а мужчины в парикмахерской рухнули на стулья и принялись хохотать, схватившись за животы.

Солнце садилось медленно, и все это время ножницы продолжали щелкать, мухи – жужжать, часы – тикать, а мужчины – кивать головами, показывать зубы, размахивать руками и упражняться в остроумии…

На следующее утро маленький Рэдни Беллоуз сидел за завтраком и задумчиво возил ложкой в тарелке с кукурузными хлопьями. Отец сложил на столе газету и посмотрел на мать.

– Все в городе только и говорят, что о тайном побеге Одда Мартина и мисс Уэлдон, – сказал отец. – Их ищут – и никак не могут найти.

– Надо же, – сказала мама, – а я слышала, он купил ей дом.

– Это я тоже слышал, – кивнул отец. – Но сегодня утром я позвонил Карлу Роджерсу, и он сказал, что не продавал Одду никакого дома. А Карл – единственный в городе торговец недвижимостью.

Рэдни Беллоуз проглотил еще немного хлопьев. И посмотрел на отца.

– Нет, папа, он не единственный в городе торговец недвижимостью.

– В смысле? – не понял отец.

– В таком смысле… что сегодня ночью, примерно в полночь, я выглянул в окно. И кое-что там увидел.

– И что ты там увидел?