Спустя мгновение за Робертсоном проследовал Фергюс с потрепанным на вид лэптопом в руках. На нем был тот же черный костюм, что и накануне, и щетина на его щеках быстро превращалась в бороду. Его сопровождала женщина средних лет в сером брючном костюме, с волосами мышиного цвета, собранными сзади в длинный хвост. Фергюс и его спутница присоединились к главному инспектору за столом, установленным на фоне белого задника с эмблемой полиции Шотландии и выделенной голубым надписью: «Территориальное подразделение Оркнейских островов». В правом верхнем углу виднелось грязное пятно. Без сомнения, декорация долгие годы хранилась без надобности в какой-нибудь кладовке, прежде чем ее извлекли на свет божий и пустили в дело этим утром.
Джилл поспешно вернулась, плюхнулась на стул и приготовила ручку и блокнот, когда все заняли свои места. В зале воцарилась выжидательная тишина, пока Робертсон с натянутой улыбкой оглядывал собравшуюся прессу. Фергюс расстегнул пиджак, открыл лэптоп. Он сидел всего в нескольких шагах напротив Фрейи и, казалось, изо всех сил старался не встречаться с ней взглядом. Женщина в сером костюме откупорила одну из бутылок с водой, стоявших на столе, и налила немного в стакан себе и каждому из мужчин. Выглядела она очень усталой, как после долгих лет тяжелой работы, но излучала спокойную властность и казалась самой расслабленной из них троих. Фрейя предположила, что она из группы расследования тяжких преступлений.
– Доброе утро, леди и джентльмены. Для тех из вас, кто не знает, я – главный инспектор Магнус Робертсон, командующий полицией на Оркнейских островах. Со мной старший детектив-инспектор Джесс Макинтош из группы расследования тяжких преступлений Северной полиции Шотландии и детектив-инспектор Фергюс Мьюир из управления уголовного розыска Керкуолла.
Сработала фотовспышка. Кто-то кашлянул. Главный инспектор Робертсон объяснил, что предстоит обсудить очень многое, и желательно, чтобы славные представители прессы отложили все вопросы на потом. Начал он с того, что пробежался по событиям вчерашнего утра, которые в тот же день были освещены в официальном заявлении. Он добавил, что, в связи с необходимостью проведения тщательной криминалистической экспертизы, раскопки все еще продолжаются, и попросил прессу и общественность держаться подальше от Скара-Брей.
Возможно, Фрейе следовало бы написать что-то из этого в Twitter, как рекомендовала Кристин, но она изо всех сил пыталась сосредоточиться. Дело было не только в духоте, жаре, исходящем от телевизионных осветительных прожекторов, и в зловонии несвежего дыхания; ее отец служил здесь и пару раз, когда она была маленькой, приводил ее, чтобы показать, где он работает. Она помнила эти длинные серые коридоры и тесные темные комнаты, которые выглядели почти так же, как при его жизни. Она чувствовала его присутствие повсюду.[28]
– Вслед за слухами, опубликованными вчера прессой, – продолжал Робертсон, – я могу подтвердить, что на останках обнаружены частично разложившиеся предметы одежды и украшение, которые, по-видимому, совпадают с теми, что были на Оле Кэмпбелл, когда ее в последний раз видели 1 октября 2005 года.
Было слышно, как щелкают затворы камер, как пальцы бегают по клавиатурам. Конечно, эту информацию получили уже все кому не лень, но подтверждение от следственной группы по-прежнему имело большое значение. Фрейя разблокировала свой телефон, чтобы опубликовать новость в социальных сетях, понимая, что за этим последует такой же поток комментариев, как и накануне: люди будут чернить Лиама, злиться на полицию за то, что дали парню семнадцать лет форы.
Ее палец уже завис над кнопкой «Отправить», когда Робертсон произнес:
– Кроме того…
Щелкающий звук клавиш стих.
– Этим утром, после возобновления криминалистического исследования места происшествия, был обнаружен второй набор человеческих останков. И снова найдены частично разложившиеся одежда и украшения, которые, судя по всему, совпадают с теми, что были на Лиаме Макдоннелле, когда он…
Зал взорвался вопросами.
Главный инспектор вскинул руки, призывая всех успокоиться. Он подождал, пока стихнут голоса и звуки фотокамер. Как только наступила тишина, он передал слово старшему детективу-инспектору Макинтош.
– Спасибо, Магнус. Всем доброе утро, – начала она. – Через минуту мы ответим на ваши вопросы, но прежде я хочу обратиться к общественности с просьбой о помощи.
Во время своего выступления старший детектив-инспектор Макинтош смотрела поверх голов репортеров прямо в объективы камер в дальнем конце зала. Она объяснила, что, принимая во внимание обнаруженные одежду и украшения, как и тот факт, что тела найдены вместе и поблизости от места, где была брошена машина Лиама, у полиции достаточно оснований полагать, что это останки Олы Кэмпбелл и Лиама Макдоннелла, – разумеется, в ожидании официальной идентификации от судебного антрополога. Ввиду открывшихся обстоятельств дело передано группе расследования тяжких преступлений, как того требует протокол при проведении любого сложного расследования в Шотландии.
