– Мы будем работать вместе с управлением уголовного розыска Керкуолла, потому что их знания местных особенностей, как и ваши знания, чрезвычайно полезны, – продолжила старший детектив-инспектор Макинтош. – Во всяком расследовании решающую роль играют первые сорок восемь часов, но в данном случае у того или тех, кого мы разыскиваем, было семнадцать лет, чтобы замести следы. Вот почему нам больше, чем когда-либо, нужна ваша помощь.
Она кивнула Фергюсу, и тот нажал клавишу на лэптопе. Рядом со столом был установлен большой телевизор, и теперь на экране показывали спутниковое изображение Вест-Мейнленда, взятое из приложения Google «Планета Земля». Харрей, Йеснаби и залив Скайлл, отмеченные желтыми точками, образовывали длинный острый треугольник, похожий на наконечник копья, лежащий на боку. Харрей располагался на острие, обращенном вглубь острова к востоку, а небольшое расстояние между Йеснаби и заливом Скайлл вдоль Атлантического побережья на западе служило основанием треугольника.
Лишь изредка обращаясь к своим заметкам, старший детектив-инспектор Макинтош напомнила хронику событий субботы, 1 октября 2005 года, как это описано в материалах первоначального расследования. По словам свидетелей, Лиам и Ола побывали на домашней вечеринке у друзей Олы в Харрее. Где-то между девятью и половиной десятого пару видели уезжающей на синей машине Лиама «БМВ M3», которая в десять часов четырнадцать минут следующего утра была обнаружена полицией в Йеснаби с открытыми дверцами и включенным зажиганием.
– Мы хотим знать, что произошло за эти тринадцать часов, – продолжила Макинтош. – Самое главное, нам нужно понять передвижения Олы и Лиама. Они направились прямиком в Йеснаби или сначала поехали в другое место? Собирались ли они встретиться с кем-то? И как они впоследствии оказались в двух милях к северу, в заливе Скайлл?
Фергюс снова щелкнул курсором, и на экране появились изображения, которые Фрейя видела накануне, – фотографии Олы и Лиама, опубликованные в прессе сразу после исчезновения детей. Третий снимок показывал машину Лиама с хорошо просматриваемым номерным знаком на переднем бампере.
– Кто-то наверняка знает ответы. – Старший детектив-инспектор Макинтош сцепила пальцы и подалась вперед. – Возможно, вы видели ребят в ту ночь. Или, может, заметили что-то еще; подозрительное поведение человека или группы людей, о чем раньше и не думали сообщать. Любая деталь, какой бы незначительной она ни была, может оказаться важной.
Еще один щелчок курсора, и на экране отразилась информация о том, как связаться со следственной группой. В заключение старший детектив-инспектор Макинтош заявила, что, по возможности, все свидетели, участвовавшие в первоначальном расследовании, будут допрошены повторно, и еще раз обратилась с просьбой сообщать любые новые сведения.
После этого главный инспектор Робертсон предложил задавать вопросы.
– Как были убиты Ола и Лиам?
Ответила старший детектив-инспектор Макинтош.
– Из-за высокой степени разложения тел мы, возможно, никогда не узнаем наверняка, но, надеюсь, что-нибудь прояснится в ближайшие несколько дней, после того как останки будут исследованы судебным антропологом. Тем временем мы отработаем пару версий, основываясь на обнаруженных уликах, но не станем делиться результатами расследования публично.
– Почему нет?
– Потому что вам пока необязательно их знать, – ответила старший детектив-инспектор. – И потому что это может причинить боль семьям погибших.
– Вы говорили о человеке или
И снова ответила старший детектив-инспектор.
– Есть некоторые основания говорить об этом, и я не могу вдаваться в подробности. Но судите сами, убийство двух молодых людей, которые, возможно, пытались защищаться, а затем захоронение тел – дело нелегкое для одного человека. Так что на данном этапе мы просто придерживаемся непредвзятого подхода.
«
Она почувствовала знакомый трепет в животе, когда начала подбирать нужные слова, расставляя их по порядку, чтобы задать вопрос, но кто-то другой опередил ее.