Темный остров полностью

Фрейя с грохотом уронила тетради, когда по ее телу пробежала дрожь, и заслужила еще один укоризненный взгляд от Джилл. Фрейя спешно собрала тетради с пола и положила первые две обратно в ящик. И тут она увидела на обложке последней маленькую застежку, явно служившую замком, но, как и на ящике, взломанную. Фрейя открыла ее. Это был дневник Олы.

Она чуть снова не выронила его. И осторожно повернула голову, чтобы посмотреть, наблюдают ли за ней Бет и Джилл. Казалось неправильным заглядывать в чужой дневник, хотя логика подсказывала, что теперь это не имело значения и вряд ли могло считаться еще более бесстыдным вторжением в личную жизнь.

Она начала листать страницы, не вчитываясь, но пробегая взглядом по строчкам, надеясь, что удастся выцепить что-нибудь любопытное.

Где-то ближе к середине это произошло:

Сегодня вечером после школы меня поджидал парень. Он знал, кто я, но мне он был незнаком.

Фрейя замерла. Внутри у нее все сжалось. Она подняла голову и убедилась в том, что Джилл и Бет все еще увлеченно беседуют, стоя в дверях.

Она продолжила чтение:

Он сказал, что мы встречались на вечеринке у Кэти на прошлой неделе, но я не помню, чтобы он там был, и, когда позже я спросила Кэти, оказалось, она тоже его не знает. Одно из двух: либо я была вдрызг пьяна (вероятно!), либо он просто трепло. Он сказал, что его зовут Лиам, и пригласил меня на другую вечеринку в субботу. Он классный, но я согласилась не поэтому. Не знаю, он казался каким-то особенным. Звучит глупо, но он не похож на жалких деревенских мальчишек из нашей школы. Он выглядит более взрослым и не таким узколобым, как они. И еще он очень уверен в себе. Мне это понравилось…

Фрейя смутно помнила кого-то по имени Кэти из круга друзей Олы. Она взглянула на фотографии, развешанные вокруг зеркала, и узнала нескольких девушек, которые раньше пинали ее и осыпали плевками, но не смогла вспомнить их имен. Годы, проведенные в попытках забыть тех ублюдков, не прошли даром. Что-то шевельнулось у нее в груди, отчасти смущение, отчасти ярость. Ей стало интересно, кто же из них Кэти, живет ли она до сих пор в Оркни и чем теперь занимается. Что-то подсказывало ей, что Кэти не проводит операций на мозге и не пытается вылечить рак. И вряд ли Кэти помнила инцидент с Гарри Дональдсоном так же ясно, как она.

Она читала дальше. Лиам заехал за Олой на их первом свидании, но планы изменились. Вместо вечеринки Лиам предложил купить фастфуда и пару бутылок вина и устроить пикник в его машине.

Когда Фрейя увидела, куда они отправились, сердце учащенно забилось:

Он повез меня к скалам в Йеснаби, и поначалу его предложение прозвучало как-то коряво, хотя идея показалась мне в некотором роде романтичной. Я подумала, что у него на уме что-то нехорошее, но на самом деле он был очень мил. И, честно говоря, я расстроена, что он не сделал со мной «это». Я знаю, что была бы не против, если бы он захотел…

Фрейя пролистала страницы. Она хотела узнать как можно больше, прежде чем Джилл закончит, но в дневнике оставалось еще слишком много всего, что требовало осмысления.

– Миссис Кэмпбелл, вы не будете возражать, если я…

– Фрейя, ради всего святого, перестань, пожалуйста, вмешиваться? Прояви хоть немного уважения.

Слова прозвучали как пощечина.

Фрейя обернулась и увидела, что Джилл свирепо смотрит на нее из дверного проема. Бет как будто скукожилась рядом с ней.

– Бет пытается рассказать мне о своей прекрасной дочери. Ты хоть представляешь, как это тяжело для нее? А ты только и можешь, что перебивать.

Сердце Фрейи бешено колотилось. Щеки горели. В голове вертелись ответы, но слова комкались и путались, и ни одно не выходило наружу.

– Все… все в порядке, – сказала Бет, одаривая Джилл виноватой улыбкой. – Я уверена, она не нарочно.

Да, она не нарочно.

Конечно, она не собиралась никого перебивать, просто была слишком погружена в свои мысли и не осознавала, что вклинивается в чужую беседу.