Я выпустила его руку и, захватив с собой нужные вещи, отправилась переодеваться в ванную комнату, оставив Роберта в одиночестве. Когда вышла, застала его за просмотром моих рисунков, которые забыла убрать в шкаф. Я положила ладонь ему на плечо, но он, казалось, ничего не почувствовал.
— Роберт? — позвала я.
Скотт моргнул и после короткого молчания спросил, помахав листом бумаги, держащим в руках:
— Когда ты это нарисовала?
Я перевела взгляд на рисунок, на котором карандашом было изображен красноглазый мужчина, напавший на мою мать.
— Давно. А что?
— Ничего. Просто у тебя так много разных зарисовок… очень необычных, — Роберт аккуратно положил рисунок на место, словно бы опасался испортить его.
— Давай мы выберемся из дома, а по дороге я тебе всё объясню, — предложила я.
Он пожал плечами, как будто только что очнулся от долгого сна, затем подошел к окну и выпрыгнул из него. Внутри всё замерло. Я подбежала проверить, не разбился ли он, и с облегчением вздохнула, увидев целого и невредимого Скотта под кустом жасмина. Конечно, он же вампир, такая высота для него — не помеха. Роберт улыбнулся и поманил меня рукой.
— Я должна спрыгнуть? — спросила я вполголоса, надеясь, что он шутит.
— А я должен тебя подхватить.
— Тут нет лестницы или хотя бы выступа.
— Тебе не нужна стремянка. Прыгай, я поймаю тебя.
— Ты серьезно? — воскликнула я.
— Вполне, — равнодушно отозвался парень. — Ну, давай же, чего медлишь?
— Мне страшно, знаешь ли!
— Да не бойся, дурёха, я же тебя поймаю! — Роберт протянул руки. — Ты будешь прыгать или мы тут до утра проторчим?
— Хорошо, — недовольно проворчала я.
Дрожа всем телом, я села на подоконник, превысила ноги на улицу и, зажмурившись, прыгнула вниз. Первым ложным ощущением было — я слишком долго лечу, но страх тут же отступил, когда, разомкнув глаза, я ощутила, что сильные руки подхватили меня.
— Не смотри на меня так, точно я приведение! — проговорил Роберт, усмехнувшись тому, с каким выражением лица я вылупилась на него.
Я прикусила губу, чтобы стереть с лица маску застывшего страха, и смущенно отвела взгляд в сторону. Скотт опустил меня на ноги, и головокружение сразу поубавилось, почувствовав я под ногами сырую землю.
— Ладно, — буркнула я, оглядываясь. — Куда идем?
Неожиданно на наши фигуры в темноте упал свет, льющийся из кухни.
— Пригнись! — приказал Скотт, и мы мгновенно затаились в кустах.
В окне появилась Дженнифер, она заварила себе кофе.
— Так, как только она отвернется, мы побежим. Готова? — спросил Роберт, следя за тетей. — Вперед! — скомандовал он, когда Джен полезла доставать кружку.
Мы рванули через освещенный квадрат в лес, едва сдерживая рвущийся наружу смех.
— Мы будто малолетки, которые разбили стекло соседки и теперь бегут, чтобы их не застукали!
— Замолчи! — Роберт пытался сказать это серьезно, но из-за хохота получилось еще смешнее.
Наконец скрывшись в лесу, мы остановились. Чтобы не засмеяться, Роберт поджал губы, мужественно пережидая внутреннюю лихорадку. Мне же не удалось справиться с эмоциями, поэтому я затряслась от смеха, сначала молчаливого, а потом и громкого. В итоге Скотт тоже не выдержал и захохотал вместе со мной.
— Ух! — выдохнула, я немного успокоившись. — Я еще никогда так не смеялась!
— Наверное, это потому что ты строила из себя недотрогу и невидимку, — со скрытым намеком заметил Роберт.
Я пихнула его локтем в бочину, не сдержав смешка.
— Не в этом дело, — я вздохнула, улыбка исчезла с губ. — Просто моя жизнь была не очень насыщена радостными мгновениями.
Роберт внимательно посмотрел на меня.
— Это как-то связано с теми рисунками, которые я видел?
— Да.
— И как же?
— Не знаю, как тебе объяснить… Понимаешь, это не просто рисунки увлеченного художника, а мои видения.
— Видения?
— Да. Еще в раннем детстве я заметила за собой одну странность — я видела вещи, которые рано или поздно исполнялись. Я рисовала их, чтобы найти ответ на вопрос «почему это происходит со мной?». Бабушка всё переводила в шутку, говоря, будто у меня сверхъестественные способности. Обычно видения посылают события, которые, по сей видимости, должны случиться в моей жизни, вроде предупреждений, но бывают и хорошие, скажем, сон, в котором я увидела тебя.
— Очень интересно, — задумчиво проговорил Роберт, почесывая подбородок. Создавалось впечатление, что он не поверил мне.
— Знаю, звучит как бред, но… — начала убеждать я. Роберт не дал мне закончить, преподнеся к моему рту палец.
— Я верю тебе.
— У тебя красивые глаза, — брякнула я, не подумав.
Роберт усмехнулся.
— Я родился с такими глазами.
— Очень… странные. Я в жизни не видела такой расцветки.
— Люди с таким цветом глаз есть, но дело не врожденных пигментах, а в магии.
— Магии? — изумилась я.
— Именно, в магии, — кивнул он. — Помнишь, я говорил тебе, что моя мать была когда-то колдуньей?
Я энергично закивала головой, как китайский болванчик.
— Так вот — дело в ней.
Я нахмурилась.
— Чего-то я не понимаю...
— Может быть, когда-нибудь мама лично объяснит тебе, а сейчас… — он вытянул руку. — Пойдем?
