Каменистой поймой реки, травянистыми склонами, теснинами скал он пробирался вниз. Он уже не спешил, часто останавливался, чтобы напиться из кристального родника, полежать на мягкой траве альпийских лугов, вглядеться в синюю глубину безмолвных озёр или просто погреться на солнце у тёплой скалы. Хорошо! Только немного странно – почему до сих пор нет людей? Такие пастбища – самое место для пастухов. И вовсе нет троп, даже звериных. Но он не задумывался – вероятно, внизу был обвал или сошёл где-то сель и сюда просто трудно пройти….
Среди дня он пересёк заливные луга, усеянные морем цветов. Справа высились жёлтые скалы, слева вдали где-то шумела река. Внизу простиралась долина: извивы реки, широкое ровное плато, вдалеке обрывавшееся в пустоту. Ещё дальше, совсем далёко, небо смыкалось с хребтами, похожими на облака. Впрочем, понять было трудно, возможно, это и были облака. Справа, чуть впереди, с гигантской высоты обрушивался водопад. В искрящемся облаке брызг сияла застывшая радуга. Ниже поток устремлялся к реке и преграждал путь.
Постояв пять минут просто так, он осмотрелся. Подняться наверх и обойти водопад – это несколько дней. О переправе в долине и у слияния рек нечего даже и думать. Но у подножия скал поток был зажат меж огромных камней. Ему повезло: после нескольких попыток верёвка, которую он бросал, намертво зацепилась на той стороне. Теперь необходимо натянуть её до струны, пристегнуться и быстро переползти. Пока он возился с карабинами, вязал узлы, выжимал и сушил одежду, а затем переправлял рюкзак, прошло часа два, но это уже не имело значения: не сегодня, так завтра он спустится вниз… Вспомнился клён за окном, другая, далёкая жизнь… Где и когда это было?.. И с кем?.. Время и место терялись – будто минули сотни,
Когда он поставил палатку, солнце едва клонилось к вершинам. Подстелив мягкий спальник, он сидел у огромного валуна и размышлял. Было тепло. Плавно и быстро струился прозрачный ручей, глубокий и удивительно голубой. Лёгкий ветерок шевелил траву, покачивались цветы. Гигантская долина, ровная, как стол, обрывалась километрах в пяти, за ней в голубоватой дымке темнели вершины зелёных гор. В долине река разветвлялась на много потоков, и временами оттуда вдруг доносился гул. На усеянных скалами тёмно-зелёных вершинах лежали золотистые лучи света, по бархатным склонам иногда скользившие вниз. Крепости, замки, странные храмы, сказочные города…
Сейчас ему нравилось всё: и ландшафт, на который можно смотреть и смотреть, и сознание того, что он преодолел этот путь и скоро вернётся домой, и одиночество, безмятежность и тишина, и даже вновь охватившая его бесконечная грусть. Умиротворение нарушалось лишь странным беспокойством, едва ощутимым, блуждавшим в глубине его существа. Тревожила мысль, очень смутная, будто он что-то не понял или забыл.
Хотя и не очень хотелось, он всё же решил вспомнить последние дни.
И солнце, и синее небо, и зелёная трава, и живописные скалы настолько не сочетались с метелью во мгле и угрюмыми пиками гор меж тёмных стремительных облаков, что эти пейзажи казались совершенно нереальными, чьим-то кошмарным сном. Столь же нереальным, кем-то другим в этом сне казался себе и он сам. Но переход через перевал он помнил отлично. Стена дождя над чёрными пирамидами ледника, молнии, гром… Пурга, всё бело, темнота, вниз шаг за шагом, на ощупь… Амфитеатр и скалистые пики, серые рваные облака… Тропа в горизонт по гребню хребта, затем по пустому пространству… Плотная туча прямо над головой, снежное поле, узкая мглистая щель, альпинист. Да, альпинист!..
Вдруг показалось: именно с ним что-то не так – он упустил, не заметил какую-то суть…
Белое плато на перевале. Утопая в снегу, он бредёт к горизонту… к обрыву в серую пустоту… Справа вдали, то пропадая в тумане, то вновь появляясь, мелькает расплывчатый силуэт. Альпинист явно сбился с пути –
Жаль, очень жаль, но ничего нельзя было сделать. Что же не так? Слишком смутное беспокойство, объяснения которому нет… скорее всего – чепуха…
Воспоминания постепенно рассеялись, снова блеснуло солнце, взгляд сфокусировался на долине, реке. Но тревожное чувство осталось. Всё вокруг тоже казалось теперь нереальным: слишком синее небо, слишком белые облака…
Он взглянул вдаль, за границу долины, где вниз уходили вершины зелёных гор. Завтра он пойдёт туда, встретит людей… и возвратится домой…