– Ты сделал слишком большой шаг и из-за этого потерял равновесие. Делай так: короткий шаг к врагу, короткий шаг от врага, – сказала она. – Никогда не делай глубоких выпадов. Никогда не перенапрягайся. Правило не меняется, используешь ли ты кулаки, нож, копье или меч. И никогда не нападай сразу. Это действует только на быков и кабанов. – Она сделала паузу. – И еще на троллей. Боковые шаги тоже важны: перемещайся, ищи слабые места, находи бреши в обороне противника. И наноси удары шквалом: два, три, четыре удара. Часто удар, который завершает бой, – это удар, которого противник не ожидал.
Лиф потер подбородок, на котором уже проступил синяк.
– Боль и синяки подкрепляют урок, – сказала Орка.
– Ага, согласен, – пробормотал Лиф.
– Тогда мы, должно быть, уже многому у тебя научились, – усмехнулся Морд, глядя на нее. Кожа вокруг одного из его глаз почернела и опухла. На лицах и телах обоих братьев виднелись и другие синяки, разные, от фиолетовых до зеленых и желтых, рассказывающие историю боли: о том, сколько раз и сколько дней назад сыновья Вирка получали такие же уроки от Орки во время своего путешествия на север. Плечо Морда все еще было перевязано льняной повязкой в том месте, где его укусила никса, хоть рана и хорошо заживала, а на голове все еще виднелся красный шрам, там, где его ударил дубинкой Гудварр. Орка была тихо поражена тем, насколько сильно он погрузился в ее уроки военного мастерства, несмотря на серьезные раны.
– Судя по количеству твоих синяков, ты должен уже быть в состоянии сражаться в хольмганге против Илски Жестокой, – сказал Лиф Морду.
– Ха, – фыркнул тот. – Я надеюсь никогда не встретиться с ней ради чего бы то ни было, – сказал он. – В сказаниях говорится, как она сражалась с тремя мужчинами в хольмганге и вырезала яйца у каждого из них.
Он поморщился.
– Илска убивала не только людей в хольмганге, – сказал Лиф. – Еще везен, воинов из отрядов Искидана, берсеркеров… Но теперь, когда Орка обучила меня военному ремеслу, я не так уж ее боюсь. – Он улыбнулся брату. – Илска Жестокая, Агнар Лютый Ратник, даже Рубщик Черепов. Я чувствую, что мог бы сразиться с ними со всеми.
– Тогда ты полоумный идиот, – пробормотала Орка.
– Кто из них лучший? – спросил Лиф, не обращая внимания на мрачный изгиб ее губ.
– Лучших не бывает, – пробормотал Орка. – И Рубщик Черепов мертв.
– Тогда я буду сражаться с ним, – сказал Морд, и Лиф осел на землю, смеясь и держась за живот.
– Пора отправляться дальше, – сказала Орка, не обращая на них внимания и щурясь на небо. Солнце висело низко над горизонтом, оно только что взошло, воздух был свеж и чист. Высоко над ними парил орел, расправив крылья. Они стояли на склоне пологого холма, лодка же была вытащена из воды и спрятана в зарослях тростника чуть ниже. Чтобы добраться до этого места, им потребовалось почти пятнадцать дней упорной гребли – дольше, чем должен был занять путь из Феллура в Дарл, ибо они покинули широкую и оживленную реку Драммур, опасаясь преследования, и пробирались на восток, а затем на север полукругом, то гребя, то толкая и таща лодку по суше к следующей реке, снова гребя, потом снова по суше… Это была тяжелая, изнурительная работа, но зато преследователей до сих пор не было видно, и местность вокруг была в основном пустынной.
Только вчера они начали проплывать мимо поселений и ферм, и когда они гребли мимо, то видели лица людей, что следили за лодкой.
Орка прищурилась, глядя на блестящую ленту реки, одной из дюжины, что прокладывали себе путь через холмы вокруг. На самом краю видимости, на далекой возвышенности, что с трудом можно было разглядеть отсюда, с речного берега, вставала тень: город, над которым в небо поднимался дым от сотен очагов.
И Брека. Искра надежды вспыхнула в ее груди, тоска и надежда найти своего сына запылали в ней так ярко, что стало больно. Ее рука наткнулась на кинжал, засунутый за пояс. Один из клинков, которые она нашла в теле Торкеля.
Не глядя ни на Морда, ни на Лифа, Орка спустилась к лодке, протащила ее через камыши, запрыгнула в нее и взялась за весла. Она слышала, как братья следуют за ней, но ее взгляд был устремлен вперед, на реку.
Орка начала табанить веслом, Морд сделал то же самое, и их лодка медленно повернула к берегу. Они оба смотрели на открывающееся перед ними зрелище, и Лиф тоже.
Впереди высился Дарл, крепость и владения королевы Хелки.
Река была широкой и глубокой, темно-коричневой, в отличие от хрустальных речушек и ручьев, по которым они добирались сюда. Корабли и лодки всех размеров теснились на воде и прижимались к сотне деревянных причалов и пристаней. Орка разглядела по меньшей мере дюжину пришвартованных драккаров, их корпуса с гордыми орлиными носами низко сидели в воде.
