За причалами, на склоне пологого холма, беспорядочно теснились таверны и прочие дома, поднимаясь к бревенчатой стене, а за ней виднелась крепость. Это был кишащий людской улей, полный движения, звуков и запахов, но взоры Орки, Морда и Лифа были прикованы к бражному дому на вершине холма. Из его стен торчал скелет гигантского орла. Два огромных костяных крыла, каждое размером с небольшой холм, широко раскинулись, словно руки, защищая и оберегая, а череп и раздвоенный клюв возвышались над крышей бражного зала. Орка почувствовала, как в основании шеи запульсировала боль, постепенно охватывая голову.
Ни один везен никогда не побеспокоит жителей Дарла, пока останки Орны охраняют его. Такой орлиный скелет остановит чудищ за многие лиги отсюда.
За бражным домом и орлиным скелетом Орка разглядела башню Гальдур, где мужчины и женщины обучались темным рунным искусствам. Она харкнула и сплюнула в реку.
– Значит, ярла Сигрун говорила правду о боге-орле, защищающем крепость, – сказал наконец Лиф. – Я думал, она солгала, чтобы убедить жителей Феллура присягнуть королеве Хелке.
– Все так, – фыркнул Орка.
– Что нам надо теперь сделать? – спросил ее Лиф.
– Найдем место, чтобы причалить, возле одного из этих пирсов, – ответила Орка.
Они взялись за весла и стали прокладывать путь мимо лодок на реке, настолько оживленной, что зрелище походило на перегон скота в базарный день. В конце концов они нашли небольшой пирс на восточной окраине порта, Лиф отвязал лодку, и Орка взобралась по лестнице на деревянный настил. Там ее уже ждал работник порта, толстый мужчина в войлочной шапочке и с многочисленными подбородками под тонкой, клочковатой бородой. Его рубаха, отороченная узорным плетением, свидетельствовала о богатстве, а его стражница, высокая женщина со скучающим выражением на длинноносом лице, была хорошо вооружена.
– Сколько? – спросила Орка и заплатила потному мужчине, достав монеты из своего мешочка. Она не торговалась, ибо не хотела, чтобы ее запомнили. Лиф задохнулся, когда поднялся по лестнице и увидел, сколько денег перешло из рук в руки, но, прежде чем он успел вымолвить хоть слово, мужчина и его стражница повернулись и зашагали прочь от них.
– Нам пришось бы целый месяц рыбачить во фьорде, чтобы заработать такие деньги, – сказал Лиф Орке.
Она пропустила его слова мимо ушей и спустилась обратно в лодку. Ее кольчуга лежала под скамьей. Она подняла ее и надела – отчего лодка покачнулась, – затем застегнула на талии пояс с оружием, чувствуя, как распределяется тяжесть топора и кинжалов. Наконец она подняла свой пеньковый мешок, бросила его на причал, взяла копье и взобралась обратно.
Морд поднялся следом за ней. Лиф уже ждал ее наверху.
Высоко над ними раздался призыв рога, эхом отразившийся от стен крепости. К нему присоединились другие рога, и их голос разнесся по городу, а люди в порту останавливались и смотрели на воду.
Вдали зазвучал ответный рог, и Орка посмотрел вниз по реке. Там плыли три драккара, высокие и длинные, их весла опускались и поднимались точно в такт, вода, падающая с лопастей, блестела в солнечном свете. Когда они приблизились к порту, Орка поняла, что они огромные, не меньше семидесяти или восьмидесяти весел. Затем они подплыли к большому причалу, возле которого не было ни одного корабля, несмотря на то что он находился в самом удобном месте. Раздались крики, с первого драккара начали сбрасывать канаты, мужчины и женщины на пирсе ловили их и обвязывали вокруг швартовых столбов. С борта драккара на причал спустили сходни, и с них сошли люди: десять или двенадцать воинов, одетых в кольчуги, мужчины и женщины с выбритыми головами, покрытыми завивающимися татуировками. На поясах у них висели мечи и кинжалы, на плечи были накинуты серые шерстяные плащи, отороченные мехом. Они расположились по пирсу полукругом, как защитный кулак.
– Ульфеднары, – пробормотала Орка и сплюнула на пирс.
– Что? – спросил Лиф, и его глаза расширились.
– Порченые, потомки Ульфрира, бога-волка, – сказала Орка. – Как Вафри, воительница, убившая твоего отца.
И тут по сходням на пристань спустилась женщина, высокая, с длинными черными волосами, заплетенными в косы, украшенные золотом. На ее плечи был накинут красный плащ, а кольца на руках сверкали на солнце. У бедра она носила меч с золотыми накладками на рукояти и крестовине, золотая же проволока обвивала кожаную рукоять, ножны были богато украшены, защитные пластины на горле и подбородке из драгоценного металла ярко сияли.
– Кто это? – выдохнул Лиф.
– Я полагаю, что королева Хелка, поскольку это ее крепость, – сказала Орка.
